— Эх, — я опустил взгляд на тарелку, почесал начинающую пробиваться на подбородке щетину и вздохнул. — Ладно, кабанчик всё равно был не особо вкусным. Пойдём выселяться, — после чего повернулся к соседу и протянул ладонь. — Гикар, был рад знакомству… и спасибо за всё.
Парень, крепко пожав мне руку, ответил серьезно, без ехидства, шуток и улыбок, впервые за долгое время:
— Я тоже был рад, Эдриан. Хорошего пути. Надеюсь, Арбан еще сведет наши дороги вновь.
«Оружие человека — клинок. Оружие Заклинателя — техники. Оружие Обладателя — воля.»
Фраза, выбитая над входом в Калиганскую Военную Академию
Мы, в кои-то веки, шагали по действительно комфортной дороге — на искусственном возвышении, выложенной аккуратно подогнанными каменными плитами внушительных размеров, и даже с подобием ливневок по бокам. Поблизости от Лидлера все дороги были такими — мэр не жалел денег на такие, казалось бы, незначительные мелочи, но именно из них складывался общий облик города. Когда даже в десятках километров от Лидлера ты все равно ощущаешь его незримое присутствие в виде таких вот приятных дорог и соответствующего им мощного потока путешественников — это дорогого стоит.
— А ты чем занимался весь месяц, Эдри? — наконец, поинтересовалась напарница. В городе нам не выдалось момента нормально поболтать — сначала выселялись, потом бродили по шумному рынку, потом — по не менее шумным улицам. Вырвавшись из предместий Лидлера, еще долго шли, обсуждая маршрут — в какие города по пути домой надо заглянуть, какие можно пройти стороной, где сегодня остановиться на ночлег…
И вот, исчерпав самые насущные темы, Диомеда с некоторым смущением решила поинтересоваться, чем я вообще занимался все это время. Я же, ухмыльнувшись, сказал:
— Лучше покажу.
Вытянув правую руку вверх, я уже немного отточенным усилием мысли создал рядом с левой воображаемую пластину. Энергия из даньтяня Чжун, что ярко пылал рядом с сердцем, хлынула по левой руке неудержимым потоком и, вырвавшись на волю, быстро наполнила пластину, заставив ту засиять серебром. Подхваченные моей волей нити Ци из окружающего мира, окрашенные Воздухом, быстро складывались в ряды замысловатых символов на сияющей пластине, заполнив её поверхность практически целиком. Картинно щелкнув пальцами, я активировал технику и из моей воздетой к небу руки вырвалось сияющее воздушное лезвие, с негромким свистом улетевшее в небеса.
Да уж, никакого сравнения с моим первым использованием Небесной Речи. Тогда я, потратив кучу времени, на считанные мгновения вырастил воздушные «когти» на руках, и это опустошило меня до самого донышка. Сейчас я за несколько секунд использовал куда более энергоемкую технику — и это потребовало от меня запасов Ци всего лишь из одного даньтяня (да и то, немного осталось). Да, в бою этот трюк малоприменим, да, скорость пока далека от идеальной — маститый Заклинатель даже более мощную технику использует автоматически, за ничтожную долю секунды. Мне же всё еще приходилось «писать» символы один за одним, чтобы случайно не ошибиться. Но это самая настоящая магия, черт возьми! И теперь я могу использовать её нормально, без опасений и ограничений… ну, почти. К тому же, с каждым разом получается у меня все лучше.