— Мы сейчас отцепим орудия, разгрузим снаряды и я отправлю грузовики к вам вывозить раненых.

Надо ли говорить, как обрадовался от всего этого военврач, а я уже распоряжался занимать оборону. Времени, что бы копать окопы или даже стрелковые ячейки у нас не было, попробуй выкопать в промёрзшей земле укрытие, так что бойцы прятались за естественные укрытия. Установили и замаскировали орудия, а бронеавтомобили будут мобильным резервом, который будет по максимуму использовать дома и другие строения села, что бы сделав выстрел, другой, тут же свалить за дом или другую постройку. Мы едва успели занять оборону, а главврач погрузить в переданные ему грузовики раненых, которые смогут нормально перенести дорогу, как появились немцы. По дороге ехали в двух колоннах шесть мотоциклов с колясками, а позади них бронетранспортёр, разведка, что немцы пустили впереди основных сил. По моему приказу их подпустили практически в упор, до окраины села оставалось меньше полусотни метров, когда я отдал команду. Лучшие стрелки сделали залп из своих СВТ, и все мотоциклисты отправились в ад, где их уже с нетерпением ждали черти. По бронетранспортёру отработал бронебойщик, мы смогли за последние месяцы затрофеить пару наших новых противотанковых ружей ПТРД, хотя в дивизию они поступать стали, вот только нам были просто не положены по штату, вот я и держал их как говорится в загашнике. Но по бронетранспортёру отработал не ПТРД, а немецкий PzB 39, из него танк можно подбить, правда лёгкий, а не то что простой бронетранспортер.

Бронебойным патроном

PzB 39 можно было пробить вертикальный броневой лист толщиной 30 миллиметров со 100 метров и 20 миллиметров с дистанции в 300 метров. Наше ПТРД могло пробить броню в 40 миллиметров со 100 метров и 35 с расстояния в 300 соответственно.

Бронебойная пуля с лёгкостью пробила лобовую броню бронетранспортёра и попала в водителя, после чего пару раз дёрнувшись, бронетранспортёр остановился, а из него, открыв задние десантные двери, выбежали немцы, вот только далеко от него убежать не смогли, почти тут же рухнув на землю нашпигованные свинцом. Пользуясь тем, что основные силы немцев ещё не подошли, к мотоциклам и бронетранспортёру бросились бойцы, скинув убитых немцев из сёдел мотоциклов и водительского сиденья бронетранспортера, они мигом отогнали технику в тыл. Лишней она точно не будет, да и позиции демаскировать не будет, а тела оттащили в сторону другие, правда не далеко, всего лишь за ближайший забор, но главное они теперь не на виду лежать будут. Минут через пять показалась немецкая колонна, которая ещё на подходе к селу попыталась рассредоточится, но это у неё не слишком хорошо получилось. Если танки, все лёгкие, смогли съехать с дороги и двинутся по заснеженному полю, то вот бронетранспортёрам пришлось намного сложней, они стали буксовать в глубоком снегу, всё же проходимость у них хоть и лучше чем у грузовиков, но хуже чем у танков. В итоге они двинулись по колеям пробитым танками. Зная, что бронепробиваемость у немецких колотушек не очень большая, даже не смотря на то, что на нас пёрли лёгкие танки, огонь из орудий открыли, когда танки подошли метров на двести. Это были немецкие тройки, и с такой дистанции орудия могли уверенно пробить их лобовую броню, что они и стали делать.