В реальной истории армия Клейста ещё в середине августа 1941 года продвинулась значительно дальше и в районе Кременчуга захватила мост через Днепр, однако действия нашего героя сорвали эти планы. Перебои со снабжением и необходимость выделения значительных сил на поиск и уничтожение его отряда заставили противника значительно замедлится.
Как мы узнали позже, командовать 1 танковой группой назначили генерал-полковника Эберхарда фон Макензена, он же моментально сформировал новый штаб и ударил по нашим войскам. Наше командование просто не ожидало такого, после разгрома штаба 1 танковой группы, наше командование предполагало, что противнику пока будет не до наступления.
В реальной истории генерал-полковник фон Макензен стал командующим 1 танковой группы в ноябре 1942 года, но в связи с пленением Клейста, занял эту должность раньше.
Быстро собравшись, всем кагалом мы двинулись в путь, выступать пришлось утром, но радовало одно, практически весь путь пройдёт достаточно далеко от линии фронта, так что немецкая авиация, к тому же достаточно прореженная нами, не должна была доставить нам слишком больших проблем. Поскольку мы базировали в Западной части Киева, возле Ирпеня, то нам пришлось двигаться через весь город. Заранее выставленные патрули перекрывали улицы Киева, по которым двинулась наша длинная колонна. На глазах горожан непрерывным потоком по улицам города двигалась техника, причём нашей техники было не так много, в основном только танки и то около половины из них оказались трофейными немецкими и бронемашины, зато все бронетранспортёры, которых было под три сотни и основная масса машин оказались немецкими, только перекрашенными в наш камуфляж и с большими звёздами на дверях и бортах техники. С одной стороны горожане видели наглядную мощь армии, а с другой стороны их напрягало то, что мы двигались не на Запад, а на Восток, то есть по сути покидали Киев. Переправившись в Киеве на восточный берег, мы двинулись к месту прорыва, а до него было порядка полутора сотен километров, это с учётом объездов, мы ведь ехали не по прямой, это самолёт мог легко лететь прямо, а мы зависели от дорог. Тем не менее к вечеру мы были на месте, правда пришлось пережить три налёта немецкой авиации, но наше ПВО и бойцы не дали противнику спокойно нас штурмовать. На подлёте немецкие самолёты встречал просто шквал огня, и потеряв в итоге семь самолётов, немцы в конце лишь бомбили нас с большой высоты, что не отличалось большой результативностью. Что нас порадовало, так это то, что вся техника проделала путь без поломок, особенно это относилось к танкам. Немцы за это время не только захватили мост через Днепр, но и сумели оттеснить от него почти на десяток километров наши части и стали переправляться на Восточный берег. Вступать с противником с ходу в бой Рудаков не стал, он уже успел набраться достаточно опыта, а потому укрыв дивизию в лесу, собрал совещание, куда позвали и меня, чему я честно говоря удивился. Мы уже не в немецком тылу, и я, хоть и получил командирское звание, но всё равно стал даже не начальником разведки, а его заместителем. Выслушав мнение командиров полков, он неожиданно спросил у меня, что я думаю о сложившейся ситуации и как бы действовал сам.