— Со вторым уровнем доступа тебе туда вход закрыт, — подала наконец голос брюнетка, соизволив с поистине царственным видом приблизиться к нам. — Так что советую выбрать какую-то другую цель. Ты ведь куда-то шел?
— В столовую, — повинился я, слыша недовольное сопение за плечом. — Очень кушать хочется. А сегодня, говорят, на обед макароны.
Сзади последовал едкий комментарий о плебейской еде. Прям спинным мозгом почувствовал, что еще немного, и огребу ракеткой.
— Тебе туда, — брюнетка махнула рукой как раз в сторону дорожки, потеряв ко мне всякий интерес. — Илани, ты уже узнала все что хотела? Тогда возвращайся на место, продолжим.
— И что, мы вот так отпустим этого наглеца, — голос сзади сочился бешенством. И правда, нехорошо я поступил.
— Илани, простите, если вдруг вас обидел. — Я обернулся, слегка поклонился блондинке. — Не со зла, честное слово. Слегка растерялся, когда вы попытались меня тут шариком убить, но буквально на секунду. А сейчас я вижу, какая вы есть замечательная.
Илани потрясла головой, видимо, редкие мысли в кучку собирала, брюнетка что-то там хрюкала себе, вернувшись к фрукту, так что ответа дожидаться я не стал, сразу видно — прощен, и поспешил к разрыву дорожки.
С одной стороны, нехорошо бросаться всякими опасными мячиками в незнакомых людей, а с другой, я тоже хорош — даже не спросил разрешения посмотреть на игру. Хотя кто знает, какие здесь правила поведения, может быть, я им смертельное оскорбление нанес и по тонкому льду прошелся. Прямо по ниточке. В некоторых странах жену чужую с открытым лицом увидишь и все, кирдык. И это у нас, а здесь могут быть совсем другие, еще более строгие правила. Увидел в мини-юбке — принудительная кастрация. На топик взглянул — подвешивание за яйца.
Вот что стоило мне сразу извиниться и уйти, нет ведь, решил блеснуть остроумием, которого и на моей родине не все поймут, а тут и подавно, все никак не повзрослею, четвертый десяток уже, а веду себя иногда как пацан. Разозлил ни в чем не повинную девчушку, надо будет потом как-нибудь загладить вину, при случае. К тому же девчонка симпатичная, особенно когда злится, а от ненависти до любви не то что шаг — шажочек.
Ну вот прямо спиной чувствовал два взгляда, пока не скрылся за деревьями — один злой, а другой насмешливый. Брюнетка та еще язва, и на дядю Толю чем-то похожа, не иначе как родственница. А ведь значит и моя тоже, но не кровная, можно и подкатить.
До столовой я дошел буквально за пару минут, без приключений и опасностей. Привычно уже приложив светившийся прежним зеленым цветом симлинк к оранжевому кругу, и миновав холл с диванчиками, большей частью свободными, по пунктирной линии оказался в небольшом, метров сто — сто пятьдесят квадратных, помещении, заставленном привычными виду столами и стульями. Вместо окон экран во всю стену показывал техмерные картины природы, явно не из этих мест — море, острова, пальмы, девушки в купальниках и без. Легкая эротика сопровождалась тихим, едва слышным наигрышем на клавишных, очень мелодичным.