По достоинству оценил мои танцы даже Кэйлор Хайтауэр, чью реакцию я в процессе отслеживал. Реакция правильная. На ярко выраженно безэмоциональном лице, закрепляющем образ истинного владетеля, каким король Эмрихта старался казаться, пусть и в малых дозах, но проступали: удивление, зависть, восторг и, что самое главное, страх. Посмотрим, что он мне скажет, не только узнав, кто я есть, но и посмотрев на меня-мечника в деле.

Поблагодарив своих спарринг партнёров и раскланявшись с публикой, я заявил, что на сегодня с меня достаточно и, пообещав Вальдемару как-нибудь повторить, покинул тренировочное поле в сопровождении так и не воспользовавшихся функционалом данного объекта соратников. Всё, больше никаких представлений. Всем всё, что нужно показано. В следующий раз настоящая тренировка — буду потихоньку подтягивать уровень мастерства своих спутников. Но сначала нужно разобраться с проблемой.

— Мы переезжаем, — озвучил я принятое решение, когда мы отошли от тренировочного поля на достаточное расстояние.

Идём только своей компанией. Большинство зрителей тоже начали расходиться по завершению моего выступления, но мы стартовали чуть раньше других.

— Куда? — удивился Бочка.

— На съёмные комнаты. Желательно отдельный этаж и прислуга по вызову. В трактире прослушка.

— То есть этот хрен княжеский не просто так ляпнул про нелюдя? — мгновенно нахмурился Вепрь. — Я думал: на молоко дую, ан нет — не показалось значит.

— Не показалось, — подтвердил я. — Это было послание — мол, я всё знаю. А вот, к чему оно… Это я сейчас выясню.

— Опять в одиночку болтать с ним пойдёшь? Может, раз он всё знает…

— Не нужно, Хайдар, — остановил я набивающегося ко мне в компанию Вепря. — Переговоры — это моё дело. Сам справлюсь. Вы лучше пока озаботьтесь поисками жилья. Вечером объявим о переезде. Причина — мы теперь слишком богаты, чтобы ютиться в трактире. Пора рассказать всем про наш договор с бессмертными.

— Хорошо, — кивнул Вепрь. — Есть кое-какие намётки. Пойдём пообщаемся. В этот раз остаёшься без пригляда. Здесь, в глуши, за тебя переживать смысла нет. Хотел бы я посмотреть на того, кто сможет тебя укокошить без дара.

Но кто как, а Китар за меня всё равно волнуется. На лице обернувшегося мальчишки тревога. Вепрь повёл народ дальше, я же остался на улице, якобы привлечённый витриной продовольственной лавки, где за мутным стеклом показывали себя прохожим сырные головы, копчёные окорока, гирлянды колбас и расставленные между всем этим питательным хозяйством пузатые бутылки с вином.

— Идите, я догоню! — крикнул я своим ради соблюдения конспирации и потянул на себя ручку двери магазина.