— Так это всё ты⁈ — охнул уловивший главное для себя Терикус. — Всё из-за тебя! Они явились в Ковчег за тобой!

Все отвлеклись на в очередной раз психанувшего живчика, и я сделал быстрый шаг в бок, как бы невзначай зацепив локтем не обратившего на меня внимания цесаря Лайра. Две золотистые нити и одна красная тут же вспыхнули в груди не смотрящего в мою сторону Мривара Раца. К одной из первых я тут же и потянулся.

— Совпадение, — не согласился колдун. — Иначе бы огненный шар упал прямо в городе. Но, поглотив души первых же своих жертв, демоны сразу же поняли, что Дерхан из квартала заблудших — тот воин Создателя, которого они ищут. Меня выдала моя сила, и здесь уже ничего не исправить.

Голос Ло пропал, как и сам колдун, как и все вокруг, как и башня. Я на берегу моря. Слева город, справа лес, над которым нависает величественная стена гор. Порог! Мы с Мриваром на Пороге! Где-то на его краю, за пределами окружающего бухту с пристанью города.

Стой! Так я сморю не из глаз длинноносого цесаря. Мривар Рац стоит спиной ко мне у самой кромки высокого берега. Бьющиеся внизу о каменистую кручу волны подбрасывают вверх брызги, осыпающие правителя Лайра искрящимся на солнце фонтаном.

— Море прекрасно. Я буду скучать по нему, — с грустью в голосе произносит Мривар.

— Не в последний раз на Пороге, мой цесарь, — успокаивает его человек, чьими глазами я смотрю на этот мир прошлого.

— В предпоследний, — вздыхает Мривар. — Пару оборотов в Ковчеге — и сразу по возвращению в Лайр на Твердь через первый же Выход. Я уже всё решил. Будешь охранять моего сына, Вирс. Новому цесарю понадобится твоя помощь.

Правитель Лайра не смотрит на своего собеседника, продолжая разглядывать море. И зря. Человек, как теперь уже ясно, сейчас выдающий себя за Мривара, шагает вперёд. Резкий выпад — и узкое лезвие входит в шею настоящего Мривара, чуть ниже затылка.

— Вирс второй день кормит рыб. Пора бы уже и помочь своему слуге.

Убийца осторожно укладывает подхваченное тело Мривара на камни, следя, чтобы хлынувшая из раны кровь не попала на одежду. Человек раздевает труп, снимает с него украшения, ножны и спихивает мертвеца с обрыва.

— В Лайр ты не вернёшься. А в Ковчег да, в Ковчег я хочу. Дары мне нужны.

У меня на глазах широкие ладони мужчины начинают худеть, удлиняясь. Короткие толстые пальцы, истончаясь, вытягиваются. Он, как Крам — может менять свою внешность. Никакой он не цесарь.

— Но посланы они за тобой! Это ты навёл беду на мой полис!

Порог, берег моря, убийца… Ничего больше нет. Я вновь в башне. Истерика Терикуса продолжается.