У Ника была разбита бровь. Он прижимал к ней ткань и отвечал полицейскому, иногда указывая на машину.
Мамин крик заставил обернуться. Она упала на колени, а папа бросился к Крису, расталкивая людей.
Из-за чужих плеч я почти не видела брата и всё ждала, когда он сядет и скажет своё коронное: «Отвалите вы от меня».
Люди над ним менялись, доставали что-то из сумок, склонялись к его лицу. Я следила за руками медика, боясь пропустить даже малейшее движение — тот момент, когда Крис придёт в сознание.
— Время смерти — шестнадцать сорок.
Мама закричала громче. Медик поднялся с колен, другой начал убирать оборудование.
— Подождите, — сказала я, но на меня никто не посмотрел. — Нет! Нет, не останавливайтесь! Он жив! Попробуйте ещё раз!
Когда Криса положили в мешок, я бросилась к нему. Спасатель перехватил меня и прижал к себе, не давая пройти. Я колотила его по рукам, пытаясь разжать пальцы.
— Он там задохнётся! Пустите меня! Почему его не спасли? Вы же всех остальных спасли!
Он повёл меня от дороги. Я упиралась пятками в асфальт и выворачивалась, чтобы видеть Криса.
— Ненавижу! Я вас всех ненавижу!
Я вырвалась из его рук и подбежала к Нику. Вцепилась в куртку, ударила по груди и плечу. Он не уворачивался. Сидел с тряпкой у разбитой брови и плакал.
Мне было всего тринадцать, и в тот вечер я впервые боялась включить свет. Мама несколько раз подходила к моей комнате, замирала за дверью, всхлипывала — и уходила, так и не постучав. А я, услышав её шаги, ложилась и закрывала глаза.
На другие шаги в коридоре я поднимала голову и смотрела на дверь. Ждала, что Крис войдёт с вкусняшками, обнимет и начнёт щекотать.
Крис был старше на три года и играл за школьную хоккейную команду. На матчи мы ездили вместе, и ребята называли меня талисманом. Девчонки из класса просили познакомить их с его друзьями. Я была тем ещё хомяком, но при брате шутить про мой вес никто не решался.
Я привыкла, что за мной всегда кто-нибудь приходил после уроков. Но больше у школьных дверей меня никто не ждал.
Мой брат должен был выжить.
Стейси. Настоящее время.
— Стейс, булавку дать?
Майкл держал раскрытую коробку. Я взяла булавку и вернула фотографию на стену. В углу экрана его ноутбука светилось время. 16:40. Я сунула руку в карман, прижала ладонь к бедру, пережидая дрожь.
Привет, мои хорошие.
Эта книга о том, как желание отомстить за того, кого любишь, толкает на поступки, о которых ещё долго жалеешь.
Вас ждут хоккейные матчи, вызовы скорой, обман и влечение, с которым героям непросто справиться.
Спасибо, что вы со мной.
Герои