— Теперь уже батя не сможет как раньше говорить, что ты позор рода, — поддержал его радостно Димка, и тут же получил затрещину от брата.

— Ты чё несёшь, придурок? — сквозь зубы прошипел ему брат, косясь на мать, — Зачем это сейчас?

— Посильнее ему дай, я разрешаю, — сухо произнесла мама, не глядя на них, — Может тогда мозги на место встанут, и начнёт соображать, кому и что он говорит.

— Извините, это я не подумав ляпнул… — смутился Димка.

— Ничуть в этом не сомневаюсь, — фыркнула мать, а я понял, что меня эта фраза про позор рода всё же задела, хотя я понимал, почему он так говорил, учитывая, каким я был раньше. Вроде бы и не на что тут было обижаться, но что-то меня в глубине души всё же царапало.

— А ты знаешь, брат, что ты теперь звездой Паутины стал? — поспешил сменить тему Димка, — Уже больше двадцати миллионов просмотров, как тебе? У тебя уже фанатки появились! И готовься к тому, что с тобой скоро наверняка журналисты захотят пообщаться. На всю империю прославишься!

— Спасибо, но я бы хотел обойтись без этого, — скривился я, на меня накатила сильнейшая волна слабости, и я улёгся, уткнувшись лицом в подушку.

— Устал? — погладила меня по затылку мама. Я согласно угукнул, не поднимая головы.

— Отдыхай. Пойдём мы тогда. Сумку рядом с тумбочкой оставим, тут кое-какие вещи и еда. Знаю, что тебя завтра или послезавтра уже выписать должны, но мало ли? Пойдёмте, не будем ему мешать отдыхать, — скомандовала она братьям, и они тихо вышли из палаты.

Интерлюдия

— Так ты говоришь, он в одиночку почти победил этих двух чужаков? Ты не преувеличиваешь? — Альберт, глава Новодёминского филиала Международной лиги героев, оторвал взгляд от отчёта, и с интересом глянул на Героику, которая не спеша пила маленькими глотками обжигающе горячий кофе.

По случаю хорошей погоды встретиться они решили не в офисе, а на открытой веранде небольшого кафе, которое они облюбовали для встреч ещё пару лет назад.

— Нет, — мотнула она головой, — Всё так и было. Монстр, которого я обездвижила, уже убегал, а второй валялся в бессознательном состоянии. Да, парень и сам не выдержал нагрузки, и упал в обморок, но его перспективы очевидны. А мы не в том положении, чтобы разбрасываться такими кадрами.

— Ему только четырнадцать, мы не можем его к себе взять, — задумчиво пробормотал Альберт, не отводя взгляда от Героики.

— Не можем, — согласилась она с ним, — Незаконно. Да и не понял бы никто, если бы мы ребёнка взяли на такую опасную работу. А ещё могут подумать, что у нас такое плохое положение дел, что мы уже готовы и детей брать. Это недопустимо.