Увы, стоило вчитаться в названия, как ожил мой телефон, и мне пришлось ответить на вызов Ляпишева.

Судя по голосу и формулировкам приветствия, генерал-майор либо безумно устал, либо был не в духе, либо не располагал достаточным временем для досужей болтовни. Вот и минимизировал его траты:

— Здравствуйте, Игнат Данилович. Скажите, пожалуйста, у сегодняшнего конфликта с Алексеем Антоновичем Перепелицыным имеется предыстория, верно?

«Хе-хе, сработало…» — злорадно подумал я и постарался не выдать голосом Предвкушение: — Имеется. Но я связан словом.

— Я так и понял. А еще сделал напрашивавшиеся выводы о разнице в силе ваших позиций, поэтому не сегодня завтра вызову к себе главу этого рода и помогу посмотреть на ситуацию под единственно возможным углом зрения. Так… секундочку… у нас, кажется, появилась ниточка… О чем я говорил? Ах, да: Николай Никодимович утрется. Без вариантов. Поэтому последствий этого конфликта можете не опасаться. И еще: вы решили проблему именно так, как требовалось. Что было отмечено известным лицом. Так, прошу прощения, но мне пора. Спасибо за ответ и всего хорошего…

— Интересно, а что за ниточку он имел в виду? — «задумчиво» пробормотал я, задвинув куда подальше мысль о том, что информация об этом «конфликте» каким-то образом дошла до Цесаревича. И получил ответ от Дайны, умеющей понимать намеки:

— Его подчиненные проанализировали все странности вашего конфликта и проследили всю цепочку звонков, начиная с твоего звонка Шепелеву. Кроме того, нашли в твоем досье упоминания о контактах с этим юристом, обратили внимание на место его работы до перевода в столицу и даже связали дату его перевода в Новомосковск с началом той самой рекламной кампании, которой Императорский банк переманил к себе добытчиков. В общем, еще немного — и спецотдел докопается до истины. А вот воспользуется этим знанием или нет, и если да, то как именно, пока непонятно. Тем не менее, Никодимыча заткнут. Как я понимаю, с гарантией. Зато его внучок, как мне кажется, не уймется. Но я уже взяла под контроль его телефон и, если что, приму меры сама…

…Первыми в «Белое Безмолвие» ворвались Егор и Даша, навелись на наш столик прямо с порога и расплылись в довольных улыбках.

— Я же говорила, что раз «Буран» стоит на стоянке и закрыт, значит, девчата захотели мороженого! — гордо воскликнула Бажова, замерев в паре шагов от дверного проема.

Потом догнала своего благоверного и от избытка чувств пихнула не особо крутым бедром.

— А он засомневался в твоем здравомыслии, верно? — хихикнула Иришка.