— Открою страшную тайну… — усмехнулся я, справившись с удивлением. — О том, что происходило во время боя, я знаю не больше вас. Ибо в тот момент находился дома.

— Толково… — без тени улыбки заявил Геннадий Романович. — Рубиться накоротке со всякой швалью вроде «Хаосов» должны профессионалы. А нам, то есть, обычным людям, достаточно подкинуть им правильную возможность.

Доказывать ему, что я тут не при делах, было лениво. Поэтому я спросил, давно ли вскрылась Еланка.

— Я вам звонил позавчера, то есть, десятого… значит, в ночь с первого на второе.

— И вы считаете, что спускаться к Мрачному уже безопасно?

Аристократ утвердительно кивнул:

— Позавчера к нему ходила «Ласточка», еще в декабре принадлежавшая Докукиным. И группа быстрого реагирования рода Ермолаевых, вроде как, успешно наложила лапу на фактически бесхозную тренировочную заимку.

«Ермолаевы — не Левашовы… — подумал я. — С ними у меня конфликтов не было…»

— Кстати, Еланка, бывает, вскрывается и раньше. А в этом году, то есть, после полуторанедельного потепления, ей сам бог велел. Правда, в лесу снега чуть ли не по уши, но вас, помнится, не остановила даже сумасшедшая метель.

Я поскреб затылок и притворно вздохнул:

— Не такой уж она была и сумасшедшей…

…Снега в лесу действительно оказалось… хм… много. Поэтому первые метров четыреста я изображал бульдозер, а Света с Олей ломились следом в обычном режиме и искренне сочувствовали. Следующие двести моя супруга безостановочно шарашила вьюгой себе за спину и предельно добросовестно уничтожала колею. А потом я остановился, скинул с себя рюкзак и повернулся к Уфимцевой:

— Итак, настало время выяснить, насколько хорошо ты раскачала умение, которое я показал тебе аж две с половиной недели тому назад.

— Кстати, вот так оно выглядит в идеале… — мурлыкнула моя благоверная и вывесила перед нами шар льда , очень неплохо освоенный за время второго «зависания» на тренировочной заимке «Лес».

— Ух-ты, какая красивая структура!!! — восхитилась мелкая, подождала еще немного и задала вполне логичный вопрос: — Только я все никак не пойму, зачем она нужна, если не взрывается, не морозит, не…

— Смотри… — ухмыльнулась Оля и запрыгнула на наст.

— Не поняла?

— Шар льда там, внизу. А над ним — наледь . Поэтому-то я и стою, а не проваливаюсь.

— Обалдеть… — ошарашенно выдохнула девчонка. Затем закусила губу и вывесила рядом со «сферой» моей супруги почти такую же. А после того, как я удовлетворенно кивнул, приступила к экспериментам.

Ну, что я могу сказать об их итогах? Связка шар льда — наледь Уфимцевой надежно держала ее вес в одежде плюс два-три килограмма. «В комплекте» со снегоступами — еще одиннадцать-двенадцать. А с ними же, но при движении рывками — шесть-семь. Увы, подпорки у девчонки не было, поэтому мы с Олей «отжали» львиную долю самого тяжелого содержимого ее рюкзака, а после того, как разделили и попробовали «попрыгать», выбросили кое-какую «не очень нужную» снарягу. Зато потом «встали» на наст всей командой, рывком «отошли в сторону», качественно «затерли» место экспериментов все той же вьюгой и… порядка полутора часов совмещали приятное с полезным, то есть, путали следы и ждали, пока Света освоится с новым режимом передвижения.