Утром я долго стояла перед зеркалом. Темно-коричневые волосы я собрала в тугой пучок, чтобы ни одна прядь не выбивалась. Ярко-зеленые глаза смотрели на меня с осуждением. Я выглядела бледной, осунувшейся. Но идти на больничный я не могла. Не хотела показаться слабой. Особенно перед ним.
В офис я вошла ровно в девять. Артур уже был на месте. Я видела его через стеклянную перегородку — он сидел за своим столом, что-то печатал, и лицо его было непроницаемым, как всегда. Мне захотелось подойти, извиниться за вчерашнюю истерику. Но гордость и страх сковали движения. Я просто прошла мимо, опустив голову, и закрылась в своем кабинете.
Работа не клеилась. Я перечитывала один и тот же абзац отчета, но смысл ускользал. Мысли возвращались к темным розам, к записке, к почерку Александра. Я знала этот почерк слишком хорошо. Ровные, почти печатные буквы, но с наклоном вправо. Он всегда писал так — аккуратно, методично, словно вырезал каждое слово ножом. И эти слова жалили.
«Если ты не будешь моей, ты пожалеешь».
Я поежилась. Что он имел в виду? Что он сделает? Я знала, на что способен этот человек. Два года я жила с ним. Два года я слышала угрозы, которые он умело маскировал под заботу. «Я просто хочу, чтобы ты была в безопасности», «Я просто беспокоюсь о тебе». А потом — контроль. Полный. Тотальный. Он проверял мой телефон, мои соцсети, мои встречи. Он ревновал к каждому, кто смотрел в мою сторону. А когда я пыталась уйти, он становился другим. Мягким, ласковым, умоляющим. «Я изменюсь, Майя. Ты же знаешь, я не могу без тебя». И я верила. Снова и снова. Пока однажды не поняла, что задыхаюсь.
Я ушла. Сменила номер, удалила соцсети, переехала к подруге. Он искал меня. Звонил, писал, приходил к дому. Я не отвечала. Я думала, что справилась. Но вот он снова здесь. Напоминает о себе. И я снова чувствую себя мышью, за которой наблюдает кот.
Я вздрогнула, когда зазвонил внутренний телефон. Артур. Я подняла трубку.
— Майя, зайди ко мне, — голос босса был ровным. — Нужно обсудить отчет.
Я собрала бумаги и направилась к нему. Сердце колотилось. Я не знала, чего ожидать. Выговора за вчерашнее? Или он сделает вид, что ничего не было?
Артур сидел за столом. Когда я вошла, он поднял глаза. Взгляд был спокойным, но внимательным. Он смотрел на меня чуть дольше, чем требовалось, словно сканировал.
— Присаживайся, — он кивнул на стул.
Я села. Положила папку на стол. Старалась не смотреть на него, но чувствовала его взгляд кожей.
— Ты плохо выглядишь, — сказал он.
Я напряглась.
— Я в порядке.
— Не в порядке, — возразил Артур. Он не повышал голоса, но в нем звучала та самая сталь, которую я уже слышала. — Ты бледная. Руки дрожат. Ты спала?