Мне приходилось стоять у экрана и скрипеть зубами, глядя на то, как в космосе гибнет один мой корабль за другим. Дранойцы тоже несли серьёзные потери, но их было больше, да и явно собрали боевиков, которые могли найти в себе мужество переть вперёд, несмотря на потери. Минут через тридцать одна из моих крепостей взорвалась, видимо угодили туда, где было полно ракет, а ведь на этой крепости было полно народу, никто не успел эвакуироваться. Чтобы хоть как-то помочь избиваемым в космосе людям, был отдан приказ начать обстрел вражеских кораблей с поверхности. У меня имелись мощные орудия, защищающие промышленные объекты, они были хорошо замаскированы, но по плану их хотели приберечь до высадки десанта.

Как только орудия были обнаружены, по ним тут же начали наносить удары. Впрочем, пока довольно вялые, дранойцы ещё не разобрались с флотом и крепостями.

— А это замаскированный командный пункт, отсюда можно наблюдать за тем, что происходит в космосе, — услышал я позади себя знакомый голос. — Как мы видим, три уцелевших, но получивших сильные повреждения линкора вынуждены отступить, так как больше не могут сопротивляться, с крепостей тоже началась эвакуация, а значит, скоро начнётся высадка десанта и битва на поверхности. Очередная битва на планете Аракси, которая защищается только частной военной компанией почётного гражданина Свободной зоны и горсткой настоящих патриотов своей Родины, решивших откликнуться на призыв господина Корби.

Надо сказать, что этот монолог привлёк не только моё внимание, весь командный состав посмотрел на говоруна, хотя до этого руководили боем.

— Выкиньте отсюда этого ишака! — Рявкнул я. — Снимать больше нечего⁉

— Прошу прощения, вынужден прерваться на короткое время, — сказал журналист, причём обращался он точно не ко мне, потому что стоял спиной. Впрочем, вскоре и я был удостоен его вниманием. — Господин Корби, у меня прямой эфир, прямой! — Радостно завопил он. — Впервые на моей памяти руководство это одобрило, мы бьём все рекорды! Невероятное количество аудитории!

На лице мужчины была такая неподдельная радость, что мне его очень захотелось его ударить, чтобы стереть эту довольную улыбку. Мы только что проиграли бой в космосе, погибла куча народу, а он улыбается, прямой эфир ишаку одобрили. Видно Лив что-то прочёл на моём лице, потому что встал между мной и журналистом.

— Не его вина, что так вышло, — миролюбиво сказал он. — Корби, ничего секретного враги не увидят, даже если будут смотреть прямой эфир, но от этого может быть польза. Вдруг кто-нибудь придёт на помощь.