На этот раз я — а вернее, Зевс — лежал на огромной кровати в большой просторной комнате, стены которой были сделаны из белого мрамора. Все это напоминало по стилю тот самый пиршественный зал, что привиделся мне в первом сне. За оконным проемом, в котором не было даже намека на стекло, открывался величественный вид: потрясающие горы, украшенные белоснежными шапками. По-настоящему захватывающее зрелище.
Рядом с кроватью стояли двое. Первый — какой-то бородатый, очень мускулистый мужчина в белом хитоне. У него было хищное суровое лицо, орлиный нос, тонкие губы и пронзительный взгляд голубых глаз. Вторая — черноволосая статная высокая женщина. Она была облачена в какую-то легкую полупрозрачную накидку, которая делала ее практически обнаженной. Зрелище было впечатляющее, прямо скажем — не отвести глаз. Идеальное тело, лицо словно вырезано из мрамора, только вот почему-то оно показалось мне надменным и ничего не выражающим.
Хотя, если смотреть внимательнее, что-то в ней было не так. Вроде бы и взгляд, полный обожания, и какое-то сочувствие читается… Но почему-то мне это казалось неискренним. Как плохая актерская игра.
Как и раньше во снах, я ничего не мог сделать, оставалось только наблюдать за происходящим.
— Ну что, Асклепий? — с трудом, хрипловато поинтересовался Зевс у бородатого мужчины. — Что там со мной? Амброзия ни в какую не помогает! Я чувствую слабость, будто мои божественные силы утекают сквозь пальцы… И все это после того злополучного пира! Кто был виночерпием? Уже нашли?
— Мне неизвестно, повелитель, — хмуро и почти извиняющимся тоном ответил бородач, бросив быстрый взгляд на девушку. — Этим делом занимается Арес. Но, по всей видимости, причина в каком-то божественном проклятии.
— Проклятие? — прорычал Зевс, смотря на всех тяжелым взглядом. — Кто? Тартар их всех забери! Гера? Что ты молчишь…
— Прости, повелитель, — девушка смущенно развела руками и опустила глаза. — Пока ничего узнать не удалось. Асклепий говорит правду. Арес со своими богинями сейчас весь Олимп переворачивает, ищет виновных. Но мы обязательно найдем…
Ого… Арес с богинями. Насколько мне известно, там вроде всего две постоянно рядом: богиня раздора Эрида и ее кровожадная подруга Энио.
А черноволосая, значит, Гера — жена Зевса. Ясно. Но, судя по всему, к тому, кого она называла повелителем, богиня явно не испытывала теплых чувств. И сам Зевс, похоже, любовной страстью не горел. В общем, семейка еще та… Зевс-то вечно налево бегал, и Гера из-за этого характер имела — не сахар.
— Найдут они… — тяжелым голосом проворчал он, и буквально в тот же миг меня внезапно накрыла волна ослепляющей боли.