— Когда я эти номера обслуживал, все представлял, как найду приличную работу, накоплю денег и остановлюсь в таком. Разлягусь на широкой постели и закажу ужин с игристым.

Я покосилась на трещины в углу, перевела взгляд на потертый ковер и… промолчала. А что тут скажешь? Я же видела, в каких условиях живет семья Лешека, этот номер — размером с весь их дом. Да и не успела бы ничего ответить, потому что в дверь постучали, а через секунду в комнату вошел важного вида мужчина в белой рубашке, зеленых брюках и такого же цвета фартуке.

— Добфый ветеф, — важно прошепелявил он и достал из нагрудного кармана блокнот и карандаш. — Фто изволите? У наф ефть пофлебка из мофских гадов, бомженина в винном соусе…

— Гадов не надо, а «бомженина» звучит зловеще, — пробормотала я, а Лешек хмыкнул.

Поцек на призрака внимания не обратил, потому что магом не был.

— Мовем пфедложить закуски: огуфец холеный, сельдь ива… — запнулся мужчина, — васи с гафнифом…

— Нет-нет, — поторопилась с ответом, — сельдь Васи с гарниром не надо. А есть что-то более традиционное? Блинчики или пирог?

— Фекомендую блинчики «Гфешники», — гордо произнес подавальщик.

— «Гречники» вкусные, их подают со сметаной и вареньем, — пояснил мне на ухо призрак.

— Давайте «Грешников», — согласилась я, а Поцек недовольно поморщился.

— И фсе? Мофет, колбаски ливефной «Дфаконья хадость»?

— Нет, спасибо, гадостей мне и без драконов хватает, — отказалась я.

Лешек уже валялся от смеха на полу, держась за живот.

— Фто будете из напитков? Ефть фыпучий «Твоя до фассвета», кфепленый «Табуфетовка»…

— Давайте сыпучий, тьфу, шипучий «Рассвет», — согласилась я торопливо.

— Фто-то ефе? — уточнил Поцек, переминаясь с ноги на ногу.

— Да, — кивнула я и подошла ближе. — В прошлый мой визит в Жижу в таверне меня обслуживал Лешек, такой прыткий паренек. Что-то не видела его в этот раз…

— Нет его, — нехотя ответил подавальщик. — Помеф он.

— Да что вы говорите⁈ — Я всплеснула руками, а сам Лешек перестал смеяться и затаился, прислушиваясь к разговору. — Как же это произошло?

— А вы зафем интефесуетесь? — прищурился Поцек.

— Затем и интересуюсь, что такой молодой парень помер. Мне он больным не показался.

— Не от болезни он, — размягчился подавальщик. — Инспектоф сказал, фто Лефек головой удафился. Но ходили слухи, фто не сам.

— Думаете, ударили? — ужаснулась я. — За что⁈

— Так фабота у нас опасная, много фто флышим и видим, — пожал плечами Поцек. А затем встрепенулся, осознал, что сболтнул лишнее, и напустил на себя строгий вид. — Пусть полиция разбифается. Ефе фто-то будете?