— Что происходит? — Начальник нахмурился.

В узкое оконце влетел небольшой мешочек и со звоном упал на каменный пол. Я подняла его и, открыв, обнаружила золотые монеты. А Десмонд развернул сверток, который передала вдова, в нем лежал знатный шматок сала.

— От всего сердца! Всей Тушкой просим! Поможите, чем можете! — крикнула с улицы вдова мэра.

В оконце показалось лицо инспектора Кржемелика.

— Вы уж не серчайте на нас, но пока мэра Власека не оживите, мы вас не выпустим. Ежели провиант закончится, еще снабдим.

— Что значит «оживите»? — вспылил Десмонд. — Мы прибыли для призыва и допроса!

Одна из дочерей отодвинула в сторону инспектора и просунула голову в окно, крикнув:

— Слышь, ты, некромант столичный! Отца нам верни, а не умничай!

Снаружи послышался нестройный хор голосов, просьбы звучали вперемежку с угрозами. Все они сводились к тому, что если мы не вернем городу мэра Власека, то здесь и останемся в качестве почетных тушкинцев. Правда, звание нам присудят посмертно.

— Заманили… Обманули! — догадалась я. — А убийство-то было?

— Да какое у нас убийство? Живем мирно, дружно! — В оконце вновь показалась голова инспектора. — Ежели нового мэра пришлют, он тут свои порядки установит. Так что вы уж постарайтесь, верните благодетеля.

— А про убийство зачем соврали?

— Иначе вы бы не приехали, — поторопился объяснить инспектор. — Ну, не будем вам мешать. Работайте покойненько.

Он захлопнул ставни, и в склепе воцарилась ночь.

Десмонд чертыхнулся и достал из чемоданчика фонарь. Сало и бутыль мы отложили в сторону и осмотрелись. У противоположной стены заметили каменный гроб, в котором, заботливо укрытый пледом, лежал полный мужчина. Словно и не умер, а спал, обняв подушку. Мне даже показалось, что он посапывает.

Лер Десмонд уже занялся делом, принялся рисовать в воздухе символы.

— Будете оживлять? — поинтересовалась я, убирая в карман взятку — мешочек с деньгами.

— Попробую призвать дух умершего. Пусть сначала материализуется и расскажет, что с ним на самом деле приключилось.

Ставни на оконце приоткрылись, раздался голос инспектора Кржемелика:

— А что рассказывать-то? Подавился наш благодетель за ужином костью, целителя Пжижека вызвали, а тот молодой, неопытный. Какое-то заклинание пробормотал — бац, и мэр Власек вмиг окоченел.

— Сколько времени прошло с момента смерти? — уточнил Десмонд.

— Часов двенадцать, не более. Целитель сказал, что магия в мэре еще трепещется.

— Трепеталась она вчера. — Некромант покосился на умиротворенное лицо покойника. — Ладно, сделаю, что смогу, но попрошу не мешать!