— Зэл, чего ты там застрял, иди ужинать, — помахала мне Шинва.
— Сейчас.
Так ничего особо и не придумав, я решил не ломать голову, а обойтись простейшими рунами барьера. Будет не круг, а квадрат. Прямо в воздухе начертив пальцем тускло засветившуюся руну, я отошел к противоположной стороне стоянки и под заинтересованными взглядами викаэлок — люди уже спали — выполнил то же самое действие. Еще две руны — и образовался квадрат, в середине каждой «стены» которого тускло мерцала непонятная (для остальных) закорючка. И только тогда я отправился ужинать.
— Что это ты тут навесил? — полюбопытствовала Элия, как только я дожевал последний бутерброд с мясом.
— Рунные барьеры, круг здесь начертить нельзя, вот и пришлось обойтись ими, — ответил я, доставая флягу с водой и делая большой глоток.
Переглянувшись и решив не вдаваться в подробности (им все равно не понять), наемницы принялись укладываться спать. Ирили, бросившая свой плащ с мешком почти рядом со мной, скорчила умоляющую гримаску.
— Опять? — Сплести простенькое заклинание мне не составило труда.
— Да, не так сильно, как вчера, но все равно больно, — тихо вздохнула девушка, расплываясь в улыбке. — Спасибо.
— Обращайся, если что, — кивнул я, снимая с пояса оружие и откладывая его немного в сторону.
Проинструктировав духа насчет охраны, я улегся и, подложив под голову котомку, укрылся полой плаща. Этой ночью надо бы просто поспать, поскольку хоть раз в три дня следует дать телу полностью отдохнуть. Интересно, как викаэлки умудряются спать почти на голой земле в металлических доспехах и быть после этого утром свежими как огурчики, в отличие от людей.
Немного полежав, я отбросил лишние мысли, расслабился и заснул.
Третья ночь в пути прошла спокойно, и никто нас не побеспокоил. От духа я узнал, что недалеко у кромки леса кто-то бродил, но приблизиться так и не решился. Ну и хорошо, нам же меньше проблем. В это утро сборы оказались более долгими — барон, явно не привыкший к таким ночевкам, вставал с трудом и некоторое время разминал затекшее тело наравне с мастерами меча (что меня удивило — не думал, что он почти не уступает в мастерстве своим телохранителям, хоть и не готов к лишениям походной жизни), прежде чем приступить к завтраку. После приема зелья он изрядно взбодрился, и, сделав все дела, мы привычно побежали по дороге. Если, передвигаясь по лесу, мы постоянно были в напряжении, то сейчас все невольно расслабились, и дорога стала просто скучной. Даже поболтать не получалось, поскольку викаэлки берегли во время бега силы, чтобы не сбилось дыхание, а с людьми я не знаком и общих тем у нас нет, к тому же они меня немного побаиваются, пусть и не показывают, хотя причин я вроде не давал. Впрочем, возможно, это естественное отношение ко всем одаренным. В академии не заостряли на этом внимание, упомянув, что такая боязнь существует в основном в неразвитых местах континента, где из представителей магической братии бывают только слабенькие колдуны, ведьмы и самоучки, способные навредить обычным жителям просто от недостатка образования, а не в силу злого умысла. Спасался я от скуки только с помощью духа, который продолжал обшаривать окрестности как спереди отряда, так и позади просто потому, что передвигался в десятки раз быстрее нас и успевал везде. Так что кроме равномерной работы ногами и поддерживания поискового заклинания — просто на всякий случай — и дел не оказалось.