Увиденное было мне очень хорошо знакомо, хоть и не в таких масштабах. Нет, конечно, и на Земле были подобные комплексы, но их интенсивность явно уступала в несколько раз.

— Алекс? Где мы?

— Похоже на центр разработок вооружения. Скорее всего, здесь создавались и прорабатывались первоначальные чертежи, отбирались наиболее перспективные.

Я медленно прошел внутрь, осмотрелся. Заинтересовался большим чертежом, который был покрыт какими-то пометками, дополнениями. Даже одного взгляда мне хватило, чтобы понять — это какой-то огромный колесный транспорт, вооруженный по самое «не хочу». Ну и для какой цели мог понадобился этот гигант?

Помимо чертежей, в отделе имелось много высокоэффективной компьютерной техники, большие интерактивные мониторы, специальные навороченные голографические проекторы, способные создавать объемные 3D-модели.

По какой-то причине все было обесточено. Брошено.

На полу валялись обрывки бумаги, пара разбитых планшетов, какие-то устройства.

Мы сами не заметили, как разбрелись по комнате. Ферт шуршал бумагой, разглядывал чертежи, на которых ни слова не понимал.

Мне же хватило заглянуть лишь в пару из них, чтобы убедиться в своей догадке. Все то, что на Земле только предлагалось, здесь уже пытались реализовать. И почему-то мне не казалось, что это просто проектировочный полигон. Здесь что-то другое.

Я вспомнил, что журналисты на Земле, года полтора назад, подняли информационную бучу — мол, на Каллипсо убывает слишком много грузовых кораблей. Зачем там столько оборудования, техники и материалов? Но видимо, кто-то, у кого была власть, сумел тихо и без лишнего шума закрыть рты особо пронырливым журналистам. Тогда это незаметно замялось само по себе, и было предоставлено общественности как газетная утка.

Но теперь я понял — все это, может отчасти, но правда! Вот для чего убывали корабли — везли сложное оборудование, но вовсе не для добычи минералов.

Я вышел наружу, остановился на железном мостике и окинул взглядом огромные технологические модули, сборочные манипуляторы, испытательные стенды. Все это стоило эпических денег, кем-то финансировалось. Мне стало не по себе.

Почти сразу, меня посетила еще одна смутная догадка, но вдруг меня окликнул майор.

— Алекс, быстрей сюда! Мы кое-что нашли.

— Что?

— Гляди!

Им удалось открыть второе помещение и как-то запустить один из голографических 3D — проекторов. Появилась полупрозрачная проекция человека, одетого в желтый инженерный комбинезон. На его голове был обруч интуитивного управления — точно такой же, но примитивнее, был установлен на моем «Тахионе». С раны на виске стекала тонкая струйка крови, а левую руку человек держал так, словно бы она была сломана.