— Вот дерьмо! Черт! — заматерился я, осознав, какую ошибку допустил. Нужно было сразу обработать рану. Вдруг, внутрь попала какая-то сильная инфекция, или еще хуже — какой-нибудь паразит?

Кое-как очистил от грязи фонарь. С трудом нащупал застежку, резким движением стянул ботинок. Вся внутренняя поверхность была в крови. Осмотрел рану. С медициной я был знаком очень плохо, но то, что я увидел, мне не понравилось.

Острый коготь распорол мягкие ткани на голени, глубоко вошел в мясо. Крови было не много, но края раны уже опухли и потемнели. Это был плохой признак.

— Млять, бабуины долбанные! — я снял перчатки, полез в ранец, выхватил медпак.

Привычным движением разложил его.

А дальше что?

Анна простонала. Тело сковал озноб.

Ситуация патовая. Лежим внутри развалин орбитальной станции, вокруг болото, жуткие твари. Почти нет света. Девушка ранена, характер повреждения до конца не ясен. И я, человек, который понятия не имеет, как использовать медпак по прямому назначению.

— Ай, ладно! — я выудил контейнер с нанитами, затем упаковку с желтоватой жидкостью. Высыпал все остальное.

Нервы ни к черту.

Увидел инструкцию. Читать времени не было. По картинке догадался, что нанитов нужно активировать и поместить в рану. Затем залить все жидкостью. И ждать. Когда наниты закончат процесс лечения и восстановления, их нужно деактивировать. Вроде бы просто. Но одновременно я вспомнил, с какой внимательностью подходил к работе сержант Ферт. Вряд ли здесь все так просто.

Дрожащими руками начал пошагово, а затем так увлекся, что и сам не заметил, как уже все закончилось.

— Все-е, — я откинулся спиной на стену, поднял голову вверх. Опустил, посмотрел на девушку.

Анна лежала без сознания.

Поначалу я заволновался, но проверив пульс, понял, что все в норме. Медпак второго уровня лечил раны куда хуже. Другое дело возможная инфекция… Здесь у меня не было уверенности.

От перенапряжения, обстановки и плохого освещения, я прикрыл глаза, задумался и заснул.

Снился мне Крейн. Он стоял в лаборатории, своей бионической лапой совершал какие-то манипуляции, а сидящий в автоклаве пришелец злобно ухмылялся, тыкал в него уродливым пальцем. Но ученый не сдавался, продолжал попытки использовать пси-силу на костлявом… Глаза вылезли из орбит, из носа опять пошла кровь. Вздулись вены, кожа посерела. Но Крейн словно не замечал этого.

— Безумец! Ты же погибнешь! — закричал я, затем бросился к Крейну, но внезапно проснулся.

В реальности, в общем-то, мало что изменилось. Энн лежала не на спине, а на животе. Рана была хорошо обработана, несмотря на то, что повязку я наложил абы как.