Есть!

Когда сработали оба двигателя, да еще и в требуемом направлении, толчок получился очень сильным. Штурмового робота рвануло так, что под действием силы, что-то отломилось. «Центуриона» перекинуло через стену, бросило на камни. Раздался жуткий грохот. Приложился грудной пластиной, повредил обзорное стекло.

Не удержал равновесие, пошатнулся и слетел вниз, в неглубокое ущелье. Кое-как, цепляясь за стены уцелевшим манипулятором, Барнс превратил неконтролируемое падение в контролируемое. Когда робот все-таки упал на колени, он, к счастью, не получил фатальных повреждений — лишь отвалилась пара бронепластин, да жалобно взвыли сервоприводы, получив предельную нагрузку.

Идти дальше было можно и нужно. Сейчас Киаркнеры полезут либо через стену, либо в обход. Вопрос времени.

Огромный робот помещался в ущелье с трудом, но впереди было открытое пространство — лишь камни и валуны, величиной с дом. Сильно хромая и волоча за собой поврежденную ногу, «Центурион» выбрался из тесного места. Мощные приводы выли, скрипели, но работали.

— Давай, давай иди! Можешь же идти! — кричал сержант, подгоняя поврежденного робота.

И «Центурион» шел. Громыхал, лязгал металлом, как подраненный рыцарь. Но упорно шел.

Сзади раздался свист — приближалась пара транспортников пришельцев. Хотя, наверное, им подошло бы другое название.

Сканер это дело засек и тут же оповестил оператора. Барнс развернулся и почти не целясь, выпустил самонаводящуюся ракету. Та попала точно в цель, но не смогла сделать ничего существенного — корабль окружал щит. Транспортник лишь вильнул в сторону, содрогнулся, но затем продолжил полет. Второй шустро уклонился вправо.

Барнс снова активировал дымовую завесу, но на этот раз она сработала плохо. Заработал тяжелый импульсный пулемет, второй молчал — разъело кислотой.

Безуспешно — щиты пришельцев работали хорошо. Если не пробила ракета, то куда там пулям, пусть даже и крупнокалиберным⁈

Кажется, это все. На открытой пустыне, хромающий, покоцанный робот — прекрасная движущая мишень. Бить по такой с воздуха, одно удовольствие.

Но Барнс не унывал. Гнал робота дальше и дальше. Кислота, утратив свои свойства, перестала разъедать механизмы и броню, но «Центуриону» и так досталось основательно. Он весь скрипел, хрустел. Из многих поврежденных модулей стекало масло и гидравлическая жидкость. Валил дым. Искрило.

Выстрел!

В спину штурмовику прилетел сгусток кислоты.

Еще выстрел! Мимо! Барнс уклонился в самый последний момент.

Снова выпустил ракету, но эффект был тем же.

— Да отвалите уже, черти! Вот, сейчас я вас, выродки! — прорычал сержант, затем резко остановил машину, одновременно выжимая активацию прыжковых двигателей.