— Игорь Петрович, посмотрите, я не вижу никаких признаков жизни, — я сказал и сам выдохнул.
Это был лучший из вариантов. Выкопать зомби мне не очень улыбалось. Не добрые они товарищи, судя по нашей встрече в деревне.
— Это ваш брат?
Саламандров склонился над телом и нахмурился.
— Нет, Алексей гораздо выше… И все же не понимаю, почему кристалл показал на это тело. Что-то с ним не так, и тут… бастарды сплошные.
— Я его закопаю?
— Отойди, — Саламандров убрал кристалл за пазуху и подошел вплотную к разрытой могиле, — нельзя его так оставлять.
Он поднял руки над телом и направил в него струю огня.
За работой я не заметил, что почти стемнело.
Мы сидели с Саламандровым на ступенях крыльца. В голове роились не самые приятные мысли. Всё то что я узнал и увидел не давало покоя. Да и судьба моя весьма туманна. Другое дело, что об этом всём думает Саламандров, и к каким выводам он может прийти. Не следует ли мне забыть о своей личной мести и обезопасить общее дело.
Саламандров сидел рядом. Незащищённая шея была в метре от меня. Нож вполне сможет пробить защиту…
Но лучше для начала узнать, что же он подозревает?
Еще тогда, в шатре, у меня было время подумать, почему он меня считает бастардом, и про обрывки разговоров, которые слышал от командования. Наши ученые не с бухты барахты решили забирать магию у аристократов и делиться ей с простыми людьми. А зная сущность аристократов, они добровольно ничем не делятся.
До него того и гляди дойдет, что я никакой не бастард, и в меня вживили эту их магию, насильно отобрав у его братца… Причем вживили именно здесь, в этой самой лаборатории. Кто знает какие глупости придут ему в голову? Ни в коем случае нельзя, чтобы Саламандров пришел к этому выводу и даже подумал в эту сторону.
— Игорь Петрович, вы уже поняли, что здесь произошло? — спросил я, постаравшись сделать голос максимально нейтральным и безэмоциональным.
Аристократ покрутил в руках бесполезный амулет и молча посмотрел на меня. Потом кивнул головой в сторону дневника безумного санитара.
— Да из тех бумаг, что я нашел — ничего не понятно, — покачал головой аристократ. — Он пишет, что он важный доктор и будет записывать в дневник свои архи-важные исследования. По его малосвязному бреду создается впечатление, что он хотел все сделать магами, как делал его учитель. Но учитывая всё что я увидел, мне думается что это горячечный бред спятившего маньяка. Ему явно нравилось проводить эти «опыты».
Я недоверчиво хмыкнул, показывая свое отношение.
— Ну, Василий, война — такое дело… Кого угодно может сделать безумцем, — он и правда не думал о том, что за спиной санитара стояла более серьезная организация.