Она в принципе по поведению всегда казалась мне большей леди, чем все вместе взятые дамы при дворе. У меня такой стать при всем желании никогда бы не получилось, даже если бы в наш особняк согнали учителей со всего света.

Я по ней просто невероятно скучала.

— Напротив. Я считаю, что мне дали лучшее воспитание из возможных, — тепло улыбнулся незнакомец, коснувшись пальцами своей серебряной маски, слегка склонив голову в знак почтения. — Позволите представиться? Или нам стоит позвать кого-то третьего?

— Но ведь это бал-маскарад. Никто не должен знать, кто находится под той или иной маской, — удивилась я его предложению.

Каждая новая фраза, произнесенная незнакомцем, обескураживала меня все сильнее. Я будто сидела на стуле, ножки которого по очереди надламывались.

— Иные леди умудряются придерживаться этих смешных условностей даже на подобных празднествах, — пояснил он свои слова. — Однако, вероятно, все же будет лучше, если наши настоящие имена так и останутся неузнанными. Вы позволите мне называть вас, скажем, Катрин?

— О нет, вы выбрали самое отвратительное имя из возможных, — запротестовала я и с удовольствием приняла бокал из рук мужчины.

— Имя или человека? — уточнил он.

И ведь верно уточнил. Катрин была ужасной сплетницей, и иной раз я несказанно радовалась, что мы редко бывали на праздниках и балах.

О Древние, я будто снова окунулась в свою прошлую жизнь. Словно ничего не было, ничего не изменилось. Точно это графиня Эредит устраивала сегодня праздник, а я опять должна была уйти спать после третьего танца.

Но я никогда не уходила на самом деле. Просто пряталась среди гостей, стараясь не попадаться родителям и их близким друзьям на глаза.

Отец об этом знал.

— Я задал сложный вопрос? — вернул меня в реальность чужой приятный голос.

— Ничуть. Просто ваш вопрос всколыхнул воспоминания о прошлом, — ответила я честно. — Приятные воспоминания. Сейчас начнется третий танец. Вы не хотите потанцевать?

— Только если с вами, — выставили мне необычное условие. — Признаться, смена партнеров дурно влияет на мой характер, а он у меня и так не сахар.

— Ох, вы себе льстите, — рассмеялась я и сама протянула мужчине руку, чтобы проследить за тем, как он осторожно касается моих пальцев.

Только этот танец. Я давала себе только этот танец как символ завершения прошлой жизни. Смерть герцога станет чертой, после которой я возведу новую точку отсчета, но пока…

Пока еще я являлась Арибеллой ар Страут, единственной наследницей рода Эредит, маркизой по рождению, графиней, унаследовавшей титул приемных родителей после их смерти…