Исцеляющий плод казался мне самым правильным решением. Он смог бы спасти меня или Арса в трудную минуту, развеять болезнь, излечить которую даже магия была не в силах, но…

Отец всегда говорил, что каждому уготована своя судьба, и я ему верила. Если время придет, человека уже ничто не спасет. Он умрет хоть с волшебным яблоком, хоть без.

Яблоко «Потерь» тоже привлекало меня, но не слишком. В его чудесные свойства я верила меньше всего. Законы природы таковы, что никак нельзя вернуть тех, кто уже отправился на тот свет. Я потеряла своих настоящих родителей, потеряла приемных, но какое-то яблоко просто не могло их воскресить. Надеяться на такой исход было очень наивно и глупо.

Вспомнить то, что когда-то было забыто? А зачем вспоминать то, что уже забыто? Если память стерла эти воспоминания, значит, они не имели никакого значения, никакой особой ценности. А возможно, и были стерты намеренно.

Чертоги нашего разума и не на такое способны.

И наконец смена внешности — это яблоко являлось самым манящим, самым завлекательным. Этот остров я могла покинуть совсем другим человеком.

Человеком без прошлого, но с будущим.

В этом случае герцог ар Риграф точно никогда не нашел бы меня наяву. Ему остались бы только сны, как заблокировать которые со временем я бы обязательно отыскала способ, но…

Я не могла. Все мое существо требовало мести. За все его глумления надо мной во снах. За все слова, произнесенные издевательски-страстным шепотом. И самое главное — за смерть моих приемных родителей, за растоптанное графство Эредит.

Я хотела стать последней, кого Зверь увидит перед своей смертью. Я желала стать его кошмаром.

— Ты получишь мою кровь, ведьма, — произнесла я, срывая сочный красный плод с ближайшей яблони, пока не передумала.

Яблоко тут же почернело, превратилось в тлен и рассыпалось. Прахом слетело с моей ладони на мокрые камни и отправилось в воду серым пеплом.

Улыбка ведьмы стала оценивающей. Смотреть на меня с превосходством она перестала в тот же миг. То ли на нее повлияло мое намеренно опущенное «вы», то ли принятое решение. В любом случае женщина больше не произнесла ни слова.

Мой указательный палец кольнуло болью, будто его прокололи острием кинжала. Но я даже не вздрогнула, ожидая нечто подобное. К этому моменту мне уже было хорошо понятно, что морская ведьма любит вести себя эффектно.

Маленький стеклянный флакончик, зависший в воздухе над открытой ладонью женщины, сам собою наполнился моей кровью.

— Возвращайся, если передумаешь. У тебя еще много крови, — улыбнулась Дайяна, закончив.