Я думала дольше, чем следовало, и господин Айверс не мог этого не заметить. Все утро мне успешно удавалось избегать его, но, к моему собственному удивлению, мужчина, наоборот, стал относиться ко мне еще мягче.

Однако моя обида на него вот так просто исчезать не собиралась. Мне было недостаточно того, чтобы он изменил свое отношение ко мне. Я хотела, чтобы Арс отказался от своей идеи оставить меня в каком-нибудь городке, да еще и непонятно в каком качестве.

Да, моя жизнь круто изменилась. Я потеряла свой прежний облик, но это совершенно не означало, что я соглашусь на роль любовницы. На любую другую роль, нежели роль законной супруги, мне бы и в голову не пришло согласиться, но конфликт наших интересов был в другом.

Он хотел вернуть меня к подобию жизни леди, а я — плавать на его корабле как часть команды. Две эти линии не пересекались никак.

Заставив себя на время проглотить обиду, я поддалась собственному любопытству. Судя по воцарившейся на судне суете, намечалось нечто очень интересное.

Очень интересное, что я никак не могла пропустить.

Сбегав обратно в камбуз, я унесла поднос и тарелки и вернулась обратно. Капитан ждал меня все на том же месте, а стоило мне подойти, как мы вместе отправились к штурвалу.

Старший помощник был отпущен взмахом руки.

— Тебе нужно встать между мною и штурвалом, — качнул Арс головой, таким образом приглашая меня на указанное место.

В первые секунды я даже не сразу поняла, о чем он, а вот потом… Нет, краснеть я разучилась напрочь. Почти — за исключением редких случаев, но при этом в жар меня периодически продолжало бросать.

Когда происходили ситуации, подобные этой.

Остановившись перед капитаном, я гулко сглотнула, когда ощутила, как он прижался ко мне. Одной рукой он взялся за штурвал, а второй крепко обнял меня так, что между нами не осталось ни миллиметра воздуха. Хотелось во что-нибудь срочно вцепиться обеими руками, но штурвал для этих целей не подходил.

— Все готовы? — спросил господин Айверс громко, на миг оглушая меня.

— Да! — послышалось четкое и слаженное от команды.

Они, в отличие от меня, имели возможность за что-нибудь крепко держаться.

Эта мысль стала последней в моей голове. Заметив неясное завихрение прямо в воде впереди корабля, я напряглась и насторожилась. Но как только оно превратилось в засасывающую воронку, что сформировалась прямо посреди бескрайних вод, я поняла, что онемела. То ли от страха, то ли от изумления.

Сердце билось часто и сильно. Я даже закричать не смогла, когда капитан крутанул штурвал и направил корабль прямо в эту воронку. Судно подскочило на огромной волне, понеслось вперед, увеличив скорость в несколько раз, а потом ухнуло в непроглядную темноту.