Только сейчас до меня доходит, что способности Холода и мои довольно похожи. Я тоже в каком-то смысле поглощаю силу магов. Правда, живых. Но если прокачаться — то, возможно, смогу и такое.

Неужто у Гарканова тоже антиядро? Да нет, быть не может.

— Не в курсе, — качает головой Антон. — Но я видел, как он это делает. Решил, что если вдруг они нападут, и ты проиграешь, надо хоть как-то спасти тебя.

— И тогда изобрёл зелье переноса души?

У Антоши бегают глаза. Он смотрит на меня, поджав губы, и негромко говорит:

— Да.

Что-то здесь не так. Кушнир, получается, не сам сварганил это зелье, что ли?

Хочется спросить напрямую, но не могу. Во-первых, помню про клятву крови. Во-вторых, нас могут подслушивать.

— А здесь ты что делаешь? Снова готовишь такие зелья?

— Не могу сказать.

Ну да. Клятва. Хотя и дураку понятно, что да.

Вернее, дурак с улицы не догадается. Но я-то всё понимаю, потому что испытал отвар перерождения на себе.

Однако странно всё это. Антон, получается, сидит здесь не одну неделю. До сих пор не смог ничего создать? Или он и правда где-то достал его, а сам варить не умеет?

Очень любопытно.

— В общем-то, это всё, — вздыхает Кушнир. — Прости ещё раз.

— Да уж, устроил ты мне приключение. А я, прикинь, потом нашёл свой труп. Обезглавленный.

— Что?.. — Антоша бледнеет.

— Ага. Братья забрали его, хотели ритуал какой-то провести. Но Бугорос в него вселился и увёл, вкратце так.

— С ума сойти…

— Да уж. А потом… впрочем, это я тоже не могу рассказать.

— Я слышал про тебя кое-что, — бубнит Антон. — Что ты стал обладать необычными способностями. Что-то вроде антимагии.

— Так и есть.

— Это из-за переселения души?

— Нет, это… по другой причине.

— Понятно.

Странно говорить вот так. Два друга, но оба связаны клятвой на крови. Не можем говорить откровенно, хотя очень хочется. Бесит.

В дверь стучат, и раздаётся голос слуги:

— Господа, время на исходе.

Кушнир встаёт и снова обнимает меня.

— Прости, Дум. Я плохой друг. Предал тебя.

— Дюба тоже так считает, — говорю я, хлопая его по спине.

— Дюббук выжил?

— Да, только уменьшился. Холод впитал его силу вместо моей. Забей.

«Э, в смысле забей?» — возмущается Дюба.

— Короче, я не считаю тебя предателем, — заканчиваю я. — Просто тебе не повезло связаться с мудаками. То, что у тебя нет стальных яиц, не делает тебя плохим другом. Всё-таки благодаря тебе я до сих пор жив.

— Спасибо, Ви… Дима.

— Господа? — снова стучится лакей.

— Да иду я! — рявкаю и отпускаю Антона. — Ладно, ещё увидимся. Я теперь тоже служу императору, если что.

— Да, я знаю…

— Тогда точно увидимся. Пока.