Костры были повсюду, выбраться незаметно оказалось сложно, пришлось воспользоваться эспандером, закинув его в кусты метрах в пятидесяти от края лагеря. Из них я вышел, демонстративно застегивая ширинку, так что вопрос, что я там делал, не должен был никого взволновать.
Ночной лагерь не спал. У костров сидело значительно больше человек, чем обычно было принято, по десять-двенадцать. Похоже, что беглецов подселили к кострам солдат местного корпуса, и они тоже не спали. Ночное нападение на два лагеря, похоже, взбудоражило солдат так сильно, что они боялись засыпать, чтобы не проспать атаку на этот лагерь. Люди выглядели подавленными, говорили между собой отрывистыми фразами. Никаких тебе песен у костра или задушевных разговоров.
Увиденное мне очень понравилось. Сисерийские солдаты откровенно деморализованы, если даже спать боятся. С такой вражеской армией воевать гораздо приятней, чем с мотивированной на победу и уверенной в себе.
Между кострами бродил не только я. И другие солдаты, и офицеры ходили по лагерю с подавленным видом. Офицеры пытались, впрочем, приободрить солдат, но у них это откровенно не получалось. Мой путь лежал в центр лагеря, поближе к штабным палаткам и местному генералу. Уж очень мне хотелось попытаться подслушать, куда именно будут перекидывать этот корпус. А если не удастся подслушать, то придется ждать момента переброски и отправляться с ним. Риск тогда возрастет, но куда деваться — это жизненно важная информация!
Глава 4
Много лет, служа в армии солдатом, я точно так же ходил между кострами, так что особо притворяться мне не было нужды. Я выглядел как бывалый солдат, шел как солдат, кивал встречным солдатам так же, как они мне. И совсем не сложно было вытягиваться в струнку при появлении рядом офицеров.
Я даже немного шатался, чтобы было видно, что я из подвергшегося нападению лагеря и толку с меня ноль — бравый, но недавно подлеченный и, вполне возможно, ничего особо не соображающий. Такого ни дрова рубить отправить нельзя, ни выругать за то, что бродит ночью в офицерском центре лагеря, вместо того чтобы спать. Вполне может быть, просто заблудился, лагерь-то для него незнаком!
Наконец, я добрался до огромных шатров, в которых обычно размещаются самые важные офицеры и штаб. Шатры светились, в них мелькали ходящие по ним фигуры — все верно, внутри совещаются и работают над военными вопросами. Пробрел мимо восьми часовых и вскоре нашел уютное местечко, чтобы подслушивать. Около штаба стояла шикарная пушистая ель, которая была прекрасно видна часовым. Вот только я закинул в ее крону эспандер с такого угла, что они точно не должны были его увидеть. Рассчитал все до доли секунды, чтобы появиться в кроне в нужный момент, перехватив летящий вниз эспандер. И умудрился не слишком сильно сотрясти ветви дерева, повиснув на них. Хотя больше всего этому я был обязан не своей ловкости, а тому, что дерево и ветви были огромными, так что мне сложно было своим весом сильно их тряхнуть.