Я глянул на Орлова и Маратыча, оба кивнули.
— Хватит, — ответил я Валентине.
— Отлично, — кивнула та. — Запрос пришлю. А что это у Кузьмича собаки разлаялись?
— И Чарли неспокойно себя ведёт, — заметила Майя.
— Подержи, — попросил я её, отдавая в руки катану, — выйду, гляну.
Я поднялся из-за стола и заметил, как насторожились дремавшие в углу телохранители. Привстал из-за стола Капитанов, как будто прислушиваясь к чему-то. Замерли все разговоры.
Майя тоже встала, и пошла за мной следом.
В этот момент с улицы донёсся истошный женский визг.
Тут уж стало не до осторожности. Прихватил один из стоящих возле дверей «Тигров» и выскочил на улицу, на ходу снимая карабин с предохранителя. Стоило только выйти из помещения, как тут же в нос ударил знакомый запах.
Прямо напротив крыльца я увидел одну из невесток Кузьмича. Молодая женщина визжала на одной ноте, стоя посередине двора, а перед ней, припав к земле, приготовилась к прыжку недобитая гончая.
Стрелял я не целясь, навскидку, и не по уязвимой голове, а куда попаду. И попал, подбив псину уже в прыжке, от чего та перекувыркнулась в воздухе и шлёпнулась на землю. А рядом с ней осела и женщина, прекратив хотя бы визжать. Впрочем, хорошо, что завизжала, это ей жизнь спасло. Наверное.
Потому что выстрелить ещё раз я не мог, невестки у Кузьмича худобой не страдали, и сейчас гончая оказалась скрыта от меня за пышным телом.
И стоило подойти поближе, как чёрная тень метнулась из этого укрытия уже на меня.
Выстрелить ещё раз я не мог, невестки у Кузьмича худобой не страдали, и сейчас гончая оказалась скрыта от меня за пышным телом.
И стоило подойти поближе, как чёрная тень метнулась из этого укрытия уже на меня.
Карабин наизготовку, палец на спусковом крючке. В то мгновение, когда гончая только ещё распрямляется, я нажимаю на спуск.
БАБАХ!!!
И острые зубы смыкаются на цевье, едва не отхватив мне пальцы, в последний момент успеваю убрать. Эта падла, похоже смекнула, что опасна именно «гром-палка», и в самый момент выстрела умудрилась увернуться!
Удар такой силы, что я валюсь на спину, и теперь гончая пытается добраться до моего горла. Держу её на расстоянии, выставив перед собой карабин. Но и встать не могу — тварь тяжёлая и быстрая, просто встать не даёт, начну переворачиваться — открою горло.
Несколько секунд проходит в борьбе. Тварь рычит, брызжет мне в лицо слюной. Ну и вонь от неё! Хоть бы зубы почистила… Ещё и когтями меня драть пытается, комбез держит, но удовольствие сильно ниже среднего.
— Не стрелять! — слышу я окрик Капитанова.
Да уж, не в меня, так в женщину попадёте.