— Я могу сам говорить за себя, — перешёл я на южный диалект, отчего глаза всех женщин вокруг округлились. Даже служанки в удивлении подняли на меня взгляд, — Саватди́:!
Поприветствовал я старейшую и сделал простой «вай» (приветствие) как равный равному. Сложил ладони на уровне груди, пальцами вверх и параллельно телу. Большими пальцами рук коснулся груди, а голову наклонил так, чтобы кончиком носа коснуться средних пальцев сложенных вместе ладоней.
— Саватди́:, — отзеркалила мне приветствие старуха, также поклонившись как равному. Теперь её взгляд был совсем иным, более заинтересованным и внимательным, — Присаживайтесь, будьте нашими гостями, — перешла старуха на английский, пригласив меня и Кесси к столу.
Разместившись на подушках, разложенных на полу вокруг стола, мы ненадолго замерли в ожидании. И пока я изучал Ваан и одну из старейших анклава, новые служанки начали расставлять традиционные тайские блюда.
Я уже подозревал, что разговор будет занятным.
Ели мы в соответствии со всеми традициями моей родины. Неторопливо, пользуясь ложкой или руками, одновременно разговаривая на отвлечённые темы.
— Делай как я, — шепнул я Кесси в самом начале, чтобы девушка не наделала ошибок по незнанию.
Первой, как обычно, приступила к еде самая старшая за столом — старейшая этого анклава. И уже после приступили к еде все остальные. Рис ели руками, как принято. Остальное ложкой, изредка помогая вилкой. Палочки не использовали вовсе, ибо лапши на этот раз на столе не присутствовало. Ну и конечно, Кесси не сразу поняла, что действовать за столом можно только правой рукой, несколько раз пытаясь что-то взять левой, считавшейся в тайской культуре грязной.
Научил, объяснил.
Во время еды мы неспешно вели обязательные светские беседы, заодно знакомясь друг с другом. Говорили, естественно, на английском языке, чтобы все понимали. В основном, конечно, беседовали я и старшая хозяйка стола, а Ваан и Кесси просто слушали, иногда отвечая на прямые вопросы, или дополняли ответы, касавшиеся и их тоже. Служанки и вовсе покинули нас почти сразу, тактично прикрыв за собой двери.
Старейшую звали Пачари, что означало «бриллиант». Приехала она в Лазбург десять лет назад из южного Таиланда, дабы перенять руководство анклавом у своей предшественницы. Было таких старейших женщин, родом из далёкой страны всего пять. Где каждая отвечала за свою часть быта и культуры анклава.
Пачари, к примеру, ведала бытовыми вопросами, связанными с проживанием, питанием и инфраструктурой.
Очень, стоило отметить, ответственный пост! И власти в её руках было не меньше первой старейшей, что отвечала за внешние связи и переговоры с властями Лазбурга, а также связью с родиной, откуда зачастую анклав получал различную помощь.