— Ты сверкаешь, как алмаз. — подколол я его.

— Так и надо. — не повёлся он, — Главное, выглядеть так, будто это что-то заурядное и естественное.

Слушая такие замечания, которые были регулярными в нашем общении, я не раз задумывался, что с соседом мне повезло. Пусть это и накладывало ограничения, зато Матвей выступал прекрасным источником информации. Как вести себя, с кем и как общаться, как одеваться и ещё много других «как».

— Какой план на сегодня? — спросил я.

— Повеселиться, конечно же, — глянул он на меня недоуменно, мол, чего задаёшь глупые вопросы, на которые столь очевидны ответы.

Это было частью его личной философии. Он никогда не говорил, что идет снимать девушку. Нет, каждый раз он шёл, чтобы хорошо провести время, ничуть не привязываясь к результату. Не все выходные он проводил с новой красавицей, но я ни разу не видел, чтобы он унывал из-за обломов.

— Чтобы ты понимал… — обронил он как-бы невзначай, — На таких тусовках большую роль играют ненавязчивые понты. Это способ показать себя и унизить других.

— Например, как?

— Да полно способов, — ответил он, разглядывая себя в зеркало, — Те же часы. Если у тебя есть такие, которые стоят больше миллиона, то можешь попробовать конкурировать с самыми богатыми представителями на нашем курсе. Если нету, то лучше и вовсе идти без часов.

Миллион… Да за такую цену это уже не часы, а магический артефакт, с встроенным свойством, как и сказал Матвей, одним фактом своего существования унижать других.

— Мы с тобой не сможем конкурировать по степени богатства. — продолжил наставлять сосед, — Не сможем конкурировать по влиянию, именитости, личной силе и всем другим, столь важным в нашем обществе параметрам. Поэтому придется брать харизмой.

Кого именно брать у меня вопроса не возникло. Конечно же аристократок. Я успел достаточно узнать Матвея, чтобы понять его цели.

Он до жути хотел пробиться по жизни. Ради этого он, во-первых, пахал в институте. Во-вторых, общался с женщинами. Много общался. На самом деле он общался со всеми. У него было много знакомых, друзей, но…

На втором уроке этикета Аристарх Павлович объяснил один важный момент — мезальянс. Этот термин в основном используется применительно к бракам и отношениям. Когда кто-то богатый и влиятельный сходится с кем-то бедным и не влиятельным — то это мезальянс. Но он может быть не только в любовных отношениях, но и в дружбе.

Если я, будучи почти никем, по меркам аристократов, подойду пообщаться к тому, кто находится наверху социальной лестнице, то это будет выглядеть как моя попытка поиметь что-то с такой связи. Даже сам факт общения с кем-то высокого уровня будет играть на повышение моей репутации. А у того человека наоборот, понижение. То есть он ничего от общения со мной не приобретает, а я получаю, даже если просто постою рядом.