— Слушай, без обид, но я хочу жить спокойной жизнью, понимаешь?

— Мне съехать? — прямо спросил я, отдавая себе отчет в том, что своими разборками создаю проблемы посторонним людям.

— Черт, нет! — махнул рукой Матвей, — Где мне нового соседа искать? Просто хочу знать, к чему готовиться, вот и всё.

— Да ни к чему готовиться не надо, — покачал я головой, — Живем, как жили.

Надеюсь, мои слова прозвучали достаточно убедительно.

Потому что сам я убежденности в этом не чувствовал.

Следующая неделя тянулась, как густой мед.

В первый же день я встретил в парке Камилу. Погода испортилась окончательно и никто не горел желанием выбираться на улицу больше необходимого, но почему-то мне показалось, что девушка обязательно придет.

Я не ошибся. Она ждала на привычном месте, накинув на голову капюшон, тем самым прячась от дождя.

— Привет, — помахал я ей рукой.

— Привет, — кивнула она, чуть помедлив. — Брат просил передать тебе вопрос.

— Какой?

— Может ли он рассчитывать на конфиденциальность?

— Обоюдную?

— Да.

— Тогда может.

А что ещё я мог ответить? Прямо сейчас худой мир лучше очередного витка войны. Я не такой дурак, чтобы списывать угрозу Коршунова. Ну не верю я, что мы с ним уживемся. Не верю и не хочу этого. Но прямо сейчас, стоит себе в этом признаться, к продолжению конфликта я не готов. Вчера Коршунов ничего не знал о моих способностях. Это было для него неожиданностью. В следующий раз он наверняка учтёт полученный опыт. У меня же такого преимущества нет, потому что я и так знал, на что он способен. Приблизительно, но всё же.

Да, облажался, так облажался.

— Ещё брат просил передать, что не имеет отношения к нападению на тебя. — сказала Камила сухим тоном, — Он правда этого не делал, Эд, — добавила она тоном живого человека.

Я кивнул, принимая её слова. Может и правда это сделал не он. Тогда кто?

— Ты будешь… мстить? — спросила Камила, когда я собрался уходить.

— Кому?

— Моей семье.

— Не знаю, — ответил я честно, сам не зная почему. — Твой отец убил мою семью. Бросил меня и сестру, которая была младше тебя, в лабораторию, где ставил над нами опыты.

— Мне… жаль.

Как и мне. На этом разговор закончился.

Всю неделю я занимался тем, что дорабатывал устройство блокировки. Приходил пораньше в институт, снимал показания. Спасибо студентам: некоторые из них не хотели работать ногами и регулярно снабжали меня данными. Кажется, я узнал всех ходоков, которые присутствовали в институте. Я научился их определять. Потом научился оценивать их уровень силы. В основном оценка шла по тому, на какое расстояние открывались проходы.