На месте Соколова Роман первым бы делом, даже не будь никакого письма, сделал бы компромат. Отнес бы документы в банк и распорядился в случае своей смерти передать весточку князю.

Получается, что как только кто-нибудь прикончит Соколова, это будет означать крах всего. Сидя в машине и смотря в окно, Коршунов обдумывал, насколько их пат действительно таковым является. Может это и вовсе, провокация князя. А что… отыскал где-то парня, прибрал его к рукам, да послал против кровника. Если так, то стоит прямо в эту ночь ждать в гости карающий отряд.

Чувствуя, как его зажали со всех сторон, мужчина ощущал… панику. Тревога накатывала и накатывала на него.

«Я не готов… Слишком тяжело…»

Коршунов чувствовал, что буквально весь мир против него ополчился. Может плюнуть на всё и исчезнуть? Прихватить сестру и пусть горит эта борьба синим пламенем? Но куда уйти? Вернуться на острова? Там хоть немного знакомая территория.

Роман представил, как это будет. Без поддержки отца, он там будет никем. То, что Коршунов там раньше учился ничего не значит. Одно дело аристократ из влиятельной семьи, пусть и чужого государства, а другое дело беглец. Никто не даст ему подняться. Без имени, силы, преданных людей… В лучшем случае они смогут начать обычную жизнь. Ходить на завод работать? Смешно. А чем займется Камила? Станет секретаршей у какого-нибудь мелкого дельца? Любовницей, которая родит наследника с хорошей родословной?

В побеге светлых перспектив Роман не видел. Как и не видел он их на родине.

«Нужно что-то придумать… Нужно что-то придумать…»

Его мысли путались, метались, как пугливые зайцы. Он искал успокоения и не находил его. Ярослав сидел рядом, недовольный и раздраженный, молча смотрящий в окно.

«Нужно подготовить пути отступления. Если меня ещё раз попробуют схватить, я больше поддаваться не буду. Но пока за мной не пришли…»

Что именно Роман будет делать, он не знал. Но твердо для себя решил начать действовать жестко. Терять то всё равно больше нечего.

Князь лично посетил место прорыва. Следы крови пока никто не оттер. Тело унесли, но в помещении продолжало пахнуть смертью. Зверь внутри Анастаса рычал. Ему не нравилось, что на его территорию проник сильный чужак.

— Доигрался, Родион? — повернулся мужчина к служащему.

Тот встретил взгляд спокойно. Без страха, сомнений, без чувства вины. Даже голову не склонил, чем вызвал ещё большее раздражение у князя.

— Совсем не боишься, что накажу?

— Если честно, то нет, — ответил тот равнодушно.

На что Анастас хмыкнул, всерьез задумавшись, а не поставить ли явно нарывающего наглеца на место. На несколько секунд личности двух мужчин уступили места звериным началам. Но как медведь может напугать ядовитую змею? Они мыслят настолько разными категориями, что остаются незамеченными друг для друга. Пока медведь не раздавит хладнокровную тварь.