Проклятые бесы…

Я не понял, как Коршунов оказался рядом. Он навалился на меня, прижал к земле и руками вцепился мне в горло. Зря. Оказавшись столь близко, он подарил мне возможность активировать закладки в кинжале.

Что я и сделал.

Парня выгнуло дугой и я отбросил его в сторону, чувствуя, как по шее течет кровь. Как-то он смог меня ранить. Чувствуя, как грудная клетка встаёт на место, как раны медленно закрываются, я пополз в сторону, слабо в тот момент понимая, что происходит.

А когда пришёл в себя, то увидел такого же помятого Коршунова. Он побледнел, смотрел на меня бешеными глазами и, кажется, был полностью не в себе. А ещё он в руке держал опустошенную ампулу. Вторую… Твою мать…

Атаковали мы снова одновременно. Он бросился на меня, а я, используя свою и его кровь, создал печать разрушения, в которую он и угодил. По плану его тело должно было превратить в труху, но я этого не увидел.

Мы ведь в горах дрались. Где есть перепады высот. Эта сволочь врезалась в меня, оттолкнула и сбросила вниз. Я и сообразить не успел, когда душа ушла в пятки, чувство опоры под ногами исчезло, Коршунов резко отдалился и исчез за гребнем.

Миг осознания и каменная твердь приняла меня в свои объятия.

Очнулся я на том же месте, куда и упал. Живой. Почти целый. Раны исцелились, но пришло сильное чувство голода, намекая, что я подошёл к пределу.

Как-то всё очень тупо пошло. Мысли ворочались с трудом. Я надеялся, что Коршуном сдох, но надежды на это были слабы. Он смог удивить два раза. Сначала прислав своего двойника, а потом этими чертовыми ампулами. Что в них? Что-то явно его усиливающее.

С трудом, но я смог подняться. Сначала сел, подышал минуту, потом и встать смог. Тревога нарастала с каждой секундой. Где-то мог оставаться живым злой ходок и бес. Возможно он подкрадывается ко мне прямо сейчас.

Первое, что я сделал — отошёл от места падения. Упал я метров с пяти. На землю, а не на камень. Не то, чтобы это сильно лучше, но рядом, буквально в паре метров, торчали острые выступы, упади на которые, так легко не отделаешься.

Если мой враг цел, то может напасть сверху. Или откуда угодно. Я помнил, насколько быстрым он умеет быть.

Второе, что сделал — создал атакующую печать. Если на меня набросятся, будет, чем ответить. Пока создавал, отметил, что сил осталось крайне мало и на полноценную схватку не хватит.

А ведь я наготовил несколько десятков ловушек… Чтоб этим ходокам икалось. Против них я защиту тоже ставил. Как и держал метеоритное железо при себе. Но у Коршунова явно другой подход. Он не раздвигал пространство, а открывал черные провалы. Что-то такое… Я лишь мельком увидел, как это выглядит.