Интересно было ещё и то, что книга «Основы алхимии», которую я выбрала, и «Основы алхимии», которые нашлись в шкатулке, — это были разные книги. Обрывки моей рассказывали об ингредиентах. О чём? Не просто «снимите шкуру неубитого медведя». Шкура неубитого медведя полна ян и ненависти, хорошо работает в эликсирах, предназначенных для тёмных практиков, считается горячей, используется в ста тридцати восьми базовых зельях и эликсирах, а также в двухстах шестнадцати пилюлях. «На таком-то уровне вы можете приготовить такие-то эликсиры и пилюли, на таком-то — такие-то». И судя по всему, этот справочник был многотомником, а у меня был том четыре. Не идеальный вариант, но тоже неплохо. Я отдельно выписала себе едва различимое имя автора, чтобы при случае озадачить Бай Шаня поиском подобного.
Вспомни солнце — вот и лучик. В мою комнату постучали, и когда я открыла дверь, на пороге увидела Бай Шаня. Как мне показалось, несколько потрёпанного, но всё так же довольного происходящим.
— Госпожа Лу Шиань, вы скучали без меня?
Я тяжело вздохнула. Бай Шань картинно схватился за сердце и столь же тяжело вздохнул. Думаю, если я вдруг попала бы в книгу, то возможно, это должна была быть романтическая сцена. Но лично я сейчас почему-то напоминала себе старую сварливую жену, а его — подвыпившего и абсолютно счастливого мужа, который заявился домой, шляясь неизвестно где, с слегка повядшими цветами в надежде, что они спасут его от «прикладной» сковородки.
— Неужели у вас нет ни малейшей… — начал он.
— Вы покушались на мой куст! — напомнила я. — Из-за вас меня чуть не убили. Впрочем, это ладно, не убили. Но куст! Но мыши!
Бай Шань откровенно поморщился при упоминании мышей, которые первые дни после его бесцеремонного вторжения в наш быт периодически пищали всё, что о нём думают. Потом, впрочем, подостыли и привыкли.
— Какая же вы злопамятная, госпожа Лу Шиань.
Я только закатила глаза. Господи, до недавнего времени мне казалось, что мир, в котором я очутилась, полон сдержанных, вежливых людей, придерживающихся официоза и этикета, но нет. Есть все остальные, а есть Сяо Ма и Бай Шань.
Бай Шань, судя по всему, прочитал в моих глазах всё, что я о нём думаю, и поэтому резко стал серьёзным.
— Я достал два билета на аукцион, который состоится завтра. А ещё хочу передать вам вот это.
В мои руки легли два увесистых мешочка. И настроение плавно поползло вверх. Как же всё-таки приятно почувствовать себя богатой. Интереса ради я залезла в один из них — и опять почувствовала себя дурой.
Честно говоря, мои представления об аукционе были весьма смутными. Поэтому в день икс я просто молча шла за Бай Шанем, предоставляя ему быть главным. Основная моя проблема заключалась в том, что я особо не понимала, что хочу купить, и что вообще будет на аукционе. Каталога для предварительного ознакомления не предоставляли. Самое интересное: когда я спросила про этот самый каталог, Бай Шань сначала задумчиво кивнул, а потом принялся отмахиваться, что он никогда не бывал на достаточно крупных аукционах, где эти самые каталоги имеются. Ну да, так я и поверила. Бай Шань что-то темнил и традиционно делал вид, что в не курсе. Он вообще любил изобразить непонимание темы разговора, если не хотел её поддерживать. С этим я уже смирилась.