После химии нас перевели в класс криптозоологии. Курс преподавала полная женщина с мышиного цвета волосами, собранными на затылке в тугой пучок. У её было странная привычка поминутно наклонять голову вбок и щуриться. Из-за этого она казалась подслеповатой, хотя за всё время своего пребывания в этом мире я не встретил ни одного человека в очках. Алхимагия исправляла дефекты зрения за несколько минут, так что все видели прекрасно. А некоторые, кто вставлял себе глаза хищных птиц, так и вовсе могли букашку разглядеть за пару километров. Ну, или такие ещё были, как агенты Департамента по надзору, имплантировавшие зенки уаджит, чтобы видеть сквозь стены тепловое излучение живых существ. Но таких было немного: часто возникали проблемы с приживаемостью тканей, поэтому чужие органы требовали постоянного техобслуживания, так сказать.

Темой урока была топография мира Дуат. Мункам объясняли, где охотиться в нём и на каких тварей. Кроме кобры, служившей источником глаз, там водилось несколько разновидностей сфинксов, каждый из которых предпочитал свои места обитания, и ни один из которых не обладал человеческой головой в прямом смысле слова. Также интерес для алхимагов представляли серпопарды, птицы бенну, огромные бледнокожие крокодилы с раздвоенными хвостами и мелкие, державшиеся большими стаями чёрные хищники, отдалённо напоминавшие шакалов.

На одних охотились, других следовало избегать.

Из урока я сделал вывод, что нас готовят к путешествию в подпространства. Не знаю, в далёком будущем, когда мы сами сможем открывать порталы, или ближайшем — при условии, что портал для нас создаст кто-нибудь из преподавателей.

Домашнее задание никто из менторов не давал. Что не могло не радовать, конечно. Вот только некоторые уроки длились в полтора-два раза дольше обычного. Вдобавок, было не понятно, когда учебный день вообще кончится.

После химии нас отправили на стрельбища, где мы палили из разного вида оружия. Затем были курсы вождения, которое я бы назвал экстремальным. Мы гоняли на небольших лёгких тачках вокруг зданий нашего курса, дрифтя и закладывая невообразимые повороты и развороты.

Одна машина перевернулась и врезалась в стену девичьего барака. Георгия едва успели достать прежде, чем он отдал концы. Препод возился с ним минут десять, пока остальные продолжали гонять вокруг. Значит, мунками всё же не разбрасывались. Если он не погибал, его приводили в норму и возвращали на занятия.

Наконец, появилась Марго и объявила, что нам предстоит последний на сегодня урок.

— Ваш любимый, — сказала она, холодно улыбаясь. — Мой.