Я нашёл нужную графу. Цифры не особо впечатляли.
— Хм… Негусто.
— Ваш отец считал, что демонстрировать искусство окимоно людям — его обязанность. Он не гнался за прибылью.
— Как самоотверженно. И во сколько оценивается коллекция?
— Приблизительно двести сорок миллионов золотых рублей.
— Ого! А вот это уже звучит неплохо.
— Если продавать поштучно конкретным коллекционерам или выставлять на аукционы, то можно выручить почти в два раза больше, — проговорил поверенный. — Но это потребует времени.
— Я не тороплюсь.
— Вам угодно распродать коллекцию? Я могу этим заняться.
— Мне нужно время, чтобы это обдумать.
Епифанов кивнул.
— Как угодно.
— Клан имеет какие-нибудь права на это дело?
— Никаких. Вы единственный владелец.
— Прекрасно. Скажите, Пётр Дмитриевич, нужно ли мне разрешение клана на то, чтобы продать первые две фирмы?
— Нет, князь. Вы можете делать с ними, что захотите. Соблюдая обязательства перед акционерами, разумеется.
— То есть, препятствий мне никто чинить не станет?
— Насколько я понимаю, клан не заинтересован ни в одном из ваших бизнесов.
Ну, да, понятно. Мелковато, чтобы обращать на это внимание.
— Теперь предлагаю перейти к деньгам, драгоценностям и облигациям, — проговорил Епифанов, сделав короткую паузу. — Я взял выписку в банке и могу отчитаться по поводу того, что у вас хранится в сейфе, а также по инвестициям.
Я взглянул на часы. До поездки в Департамент по надзору оставалось чуть больше часа. В принципе, успеваю. Да и то, что в банке что-то хранится, помимо денег, стало для меня новостью. Приятной, само собой. Мне сейчас не до жиру — каждая копеечка в радость. Пришло время собирать камни, как говорится. И мне нужно понять, каким стартовым капиталом я владею.
— Давайте, — кивнул я поверенному. — Послушаю.
Епифанов передал мне ещё один листок. На нём был список с красивыми названиями. «Созвездие Ориона», «Глаз Ра» и так далее в том же духе.
— Что это? — спросил я.
— Фамильные драгоценности. Полная опись с указанием приблизительной стоимости.
Я прикинул общую сумму и присвистнул.
— Неплохо. Если распродавать по отдельности и на аукционах, можно выручить больше?
— Безусловно, князь. Опять же, я готов этим заняться, если угодно.
— Займитесь, Пётр Дмитриевич. К цацкам я равнодушен.
— Среди этих вещей есть и семейные реликвии. Полагаю, ваша будущая жена захотела бы ими владеть.
Хм… Слова поверенного заставили меня задуматься. Жених из меня так себе. Быть может, некоторые драгоценности стали бы неплохим дополнением к титулу.
— Какие пункты вы рекомендуете оставить? — спросил я.