— А я детям песочницу делал! — торжествующе улыбнулся я.

— Ого! — сказал Сивоконь. — Где это ты детей нашел? В вашей Слободке одни пенсионеры, ну и ты, горемычный!

— К соседке, Пантелевне, приехали две правнучки. Копошились прямо на дороге, в песке!

— Хо-хо, там у вас та еще пустыня Сахара! А весной-осенью — лечебные грязевые ванны… Но это ты молодец! Дети — цветы жизни. Однако, в следующую пятницу я тебя в гараже жду! — и погрозил пальцем.

Детки у Таисии действительно были очень обаятельными. Пока их сильная-независимая мама усвистала за покупками на «Волге», белокурые девчули пяти и двух лет играли под присмотром Пантелевны. Соседка на мою инициативу соорудить песочницу прямо у ее забора отреагировала только положительно:

— Аська с Васькой уедут — другая малышня тут собираться будет! А я их пивновать стану. Я потом в городе буду — куплю им посудок, лопаточек… Сходи, Германушка, в сарай — там досочки есть. А за песком на речку — тачка у тебя хорошая, не чета моей…

В общем, я был большим мастером находить себе работу из идеалистических побуждений. Или не из идеалистических: обе книжки про капитана Блада (свою и библиотечную) я оставил на столе в хате, рядом с женскими солнечными очками. Вряд ли это были очки Пантелевны.

Вот и теперь, усаживаясь за стол, я понимал, что единственная возможность как-то компенсировать потраченные на говно усилия — это сожрать всё, до чего дотянутся мои загребущие пальцы. Старший Езерский тщательно вымыл под рукомойником руки, придвинул стул, взял в руку ложку и сказал:

— Ну-с, приступим! — он явно подражал Феде из «Приключений Шурика».

Мы навалились на борщ с пампушками, потом отдали должное макаронам с биточками и двум видам салатов.

Арина Петровна тут же начала обсуждать с Анатольичем надвигающуюся поездку в Василевичи, а Петр Ефимович повернулся ко мне:

— А что, Герман, вы решили переключиться на криминальную сферу? Видел сегодня в газете ваш разворот — очень ярко, захватывающе. Но я с удовольствием читал ваши исторические материалы, работы по краеведению… Например, про Стрекопытовский мятеж, или роль Дубровицы как пограничной крепости между Московским государством и Великим княжеством Литовским…

Я ухватился за эту ниточку, надеясь протянуть ее к теме с металлоискателем:

— Недавно читал статью Богомольникова — с исторического факультета Гомельского государственного университета, об археологических памятниках эпохи феодализма на Гомельщине, очень заинтересовался…

— Ну-ну, и что, есть какие-то наметки в нашем районе?

— Да наметки-то есть… Старики рассказывают о курганах в урочище Мохов, на границе Лоевского и Дубровицкого районов. Но Богомольников нынче не в фаворе — студенческую практику ему не доверят, а просто так никто экспедицию не организует, это деньги в первую очередь, сами понимаете…