— Потому что я еду учиться на несколько месяцев, пап. Не на выходные к бабушке.
— Насколько я помню, в Блэкторне есть всё необходимое. — Отец усмехнулся, покачав головой. — Надеюсь, ты хотя бы не собираешься брать с собой весь книжный шкаф.
— Я думала об этом, но решила не испытывать терпение сотрудников академии.
Мама, стоявшая чуть поодаль, рассмеялась и поправила воротник моей светлой блузки. Она делала это уже третий раз за последние десять минут, хотя с ним совершенно всё было в порядке.
— Дженни, она уже взрослая, — заметил отец.
— Я прекрасно это знаю, Джон. Просто моя девочка уезжает, — грустно сказала она и прижала меня к себе.
Я обняла её за плечи. От мамы пахло привычными цветочными духами, отчего на мгновение мне захотелось остаться здесь, рядом с ними, и отложить поездку хотя бы на пару дней. Но это желание быстро прошло. Я слишком долго ждала этого момента, чтобы теперь передумать из-за нескольких часов в аэропорту.
Блэкторн.
Одна из самых престижных частных академий страны, куда принимали детей из влиятельных и обеспеченных семей. Туда отправляли наследников крупных компаний, банков, политиков и людей, чьи фамилии можно было встретить на страницах деловых журналов. В будущем нам предстояло занять места родителей, научиться управлять их бизнесом, заключать сделки и принимать решения, от которых зависели не только наши собственные жизни. Звучало довольно внушительно. И, если честно, мне нравилось.
— Грейс.
Я подняла голову. Отец смотрел на меня с такой гордостью, что невольно улыбнулась.
— Я горжусь тобой, дочь. И уверен, тебе там понравится. Главное, не забывай, зачем ты туда приехала.
— Учиться, пап. Я помню. — улыбнулась я.
— Вот и хорошо.
Он притянул меня к себе и крепко обнял. Я уткнулась щекой ему в плечо, чувствуя, как внутри разливается приятное тепло. Папа редко говорил о чувствах, но я никогда не сомневалась в том, насколько сильно он меня любит. И сейчас его объятие значило гораздо больше любых напутственных слов. Когда он отпустил меня, мама уже не пыталась скрывать слёзы.
— Мам, ну перестань. Я же не на другой конец света уезжаю.
— Я знаю, милая. — Она обняла меня, поцеловала в щёку, затем ещё раз, словно одного поцелуя было недостаточно. — Я люблю тебя, Грейс. Очень сильно. И буду скучать.
— Я тоже тебя люблю.
Я улыбнулась, хотя в горле вдруг появился неприятный комок. Мама отстранилась, провела ладонью по моей щеке и попыталась улыбнуться в ответ.
— Звони нам. Не только тогда, когда закончатся деньги или понадобится что-нибудь купить.
— А если закончится терпение?