Джейк тоже быстро включился в работу. Его Арман получался искренним и немного растерянным, особенно в те моменты, когда он смотрел на Маргариту. Иногда мне казалось, что он намеренно задерживает взгляд чуть дольше, чем требовал текст, но, возможно, это было частью его актёрского решения.
— Стоп, — миссис Харрисон подняла ладонь. — Джейк, ты торопишься. Арман не должен произносить эти слова так, будто боится, что его сейчас перебьют. Он влюбляется, но пока не понимает этого сам. Дай ему немного времени.
Джейк
Последняя пара закончилась раньше обычного, и я решил не торопиться в комнату. Арчи куда-то исчез ещё после обеда, остальные парни собирались в спортивный комплекс, а мне совершенно не хотелось никуда идти. Я просто брёл по почти пустому коридору, засунув руки в карманы брюк и размышляя о том, чем заняться до вечера.
(Прим. от автора - для дальнейшей атмосферы советую включить Denis Stelmakh – Onsra)
Я почти дошёл до лестницы, когда услышал музыку. Тихая мелодия доносилась из-за приоткрытой двери одного из помещений. Я остановился, прислушался и невольно повернул голову. Кто-то играл на пианино. Причём играл действительно хорошо.
Любопытство оказалось сильнее желания идти дальше. Я подошёл ближе и осторожно заглянул внутрь.
Грейс. Она сидела за чёрным пианино, слегка наклонившись к клавишам. Её волосы свободно спадали на плечи, а пальцы плавно скользили по белым и чёрным клавишам, извлекая такую нежную, но одновременно печальную мелодию, что я невольно задержался у двери.
Она, кажется, совсем не замечала ничего вокруг. Смотрела на клавиши, иногда прикрывала глаза, словно пыталась удержать в памяти каждую ноту. В её движениях было что-то удивительно спокойное и естественное. Не было ни малейшего желания произвести впечатление, никакой показной уверенности — только музыка и она сама.
Чёрт, какая же она красивая.
Я прислонился плечом к дверному косяку, не решаясь нарушить эту тишину.
И ведь даже не подозревает, насколько прекрасна.
Последние ноты постепенно стихли. Грейс убрала руки с клавиш и только тогда заметила меня. Она чуть повернула голову, а на её лице появилось удивление.
— И давно ты тут стоишь? — спросила она, улыбнувшись.
— Минуты три, — признался я, отлепляясь от дверного косяка. — Не хотел мешать.
— Надеюсь, ты не собираешься выставить мне оценку за исполнение?
— Даже не думал. Хотя, если бы собирался, поставил бы высший балл.
— Спасибо. — Она тихо рассмеялась и повернулась ко мне.
Я подошёл ближе, остановившись возле пианино.
— Ты красиво играешь. Только мелодия грустная.