«На расстоянии четырех с половиной майнов[3] угрозы носителю крови не обнаружено, — вырвал меня из созерцания природы бесстрастный голос Эммы. — Крупных животных, а также разумных или опасных форм жизни не зафиксировано. Рекомендуется задраить люк и активировать протокол самоуничтожения убежища».

«Зачем?» — не понял я.

А потом глянул себе под ноги, убедился, насколько чужеродно смотрится большущая дыра в земле в обрамлении широкого металлического кольца со здоровенной крышкой. Оценил примятую траву рядом, горкой свалившуюся с люка землю, которая прямо-таки кричала, что здесь находится потайной ход, и решил: в принципе, логично. Убежище стало для меня бесполезным, так что все концы лучше убрать в воду. В смысле в огонь. Только так я могу быть спокойным, что до проекта «Гибрид-2» никто из посторонних ни сейчас, ни позже не доберется.

«А мы никого не всполошим, если устроим здесь еще один взрыв?» — мысленно уточнил я у подруги.

«В радиусе четырех с половиной майнов посторонних маготехнических устройств не обнаружено. Глубина залегания убежища достаточная. Сила направленного взрыва не превысит полутора баллов по десятибалльной шкале. На поверхности возмущение магического фона не ожидается. Активация протокола самоуничтожения безопасна для носителя крови».

Ну безопасна так безопасна.

«Сколько у меня есть времени, чтобы отсюда убраться?»

«Рекомендуемое время активации протокола — тридцать шесть минут».

«Тогда включай таймер».

Я проследил, как огромный люк, словно сам по себе, с шорохом встает на место. А затем отвернулся и решительно потопал на север, в сторону железнодорожных путей, которые должны были привести меня в Нарк кратчайшим путем.

Ну как решительно… совсем уж по-геройски уйти мне не удалось. Лес — это все-таки не прогулочная дорожка, тогда как тонкая подошва на «чешках» быстро убедила меня в необходимости смотреть себе под ноги, а заодно старательно избегать сучков, острых камушков и разбросанных тут и там колючих плодов местных деревьев.

К тому же ходить по лесу я умел плохо. В прошлой жизни… по крайней мере во взрослом состоянии… лесными прогулками не увлекался, из-за чего, разумеется, громко шумел, пыхтел, сопел и ругался. Угу, снова. Просто потому, что при виде незнакомой обстановки моя перегруженная сведениями память вдруг начала услужливо подсовывать полученную из базы Эммы информацию по поводу всего, на что только падал мой взгляд: кусты, деревья, какие-то дурацкие цветочки. И ладно, если бы все это проходило незаметно! Скажем, шел я себе шел, узнал, как называется пролетающая мимо букашка, и пошел себе дальше.