— Даша, стой!
Меня будто окатило ледяной водой — какого хрена я только что видел⁈
Родителей, которых я не видел с трёх лет, которых даже толком не помнил, кроме смутных обрывков — и вот это стекло показало мне их лица так чётко, будто я расстался с ними вчера!
Это неправильно… Это ловушка, @#$%, это самая настоящая ловушка!
— Даша, не смотри туда! — я рванулся к сестре, схватил её за запястье и дёрнул на себя, — Это не они! Слышишь меня⁈ Это аномалия, она просто в голове нам рисует картинки!
— Но я же видела… — пробормотала она заторможенно, всё ещё глядя мимо меня.
— Плевать, что ты видела! Валим отсюда, живо!
— Братан, да погоди ты! Это не опасно!
Я не слушал Влада — развернулся, таща сестру за собой, готовый бежать обратно тем же путём, каким мы пришли. Плевать, даже если попадёмся резонантам!
И в следующий же миг ветви позади нас пришли в движение.
Стеклянные «нити» — те самые, что минуту назад изгибались медленно, лениво, будто в полусне — теперь скользили друг сквозь друга с пугающей скоростью, смыкаясь, переплетаясь, наращивая новые слои прямо вокруг нас и отрезая все пути назад…
* * *
Я проснулся от того, что что-то жгло мне лицо.
Открыв глаза, едва не ослеп — поймал луч солнца, и бормоча проклятья, повернулся на другой бок.
Мысли всё ещё крутились вокруг сна, и я вздохнул.
Сна, ага… Точнейшего и яснейшего воспоминания, части которого то и дело преследуют меня! С тех пор, как мы с Дашей и Владом…
Нет, нельзя поддаваться унынию! Ни в коем случае нельзя! А вот что надо сделать…
— … так это купить уже идиотские шторы!
Полежав с полминуты, потёр лицо, и только сейчас вспомнил об искалеченных вчера руках.
Посмотрев на них, удовлетворённо хмыкнул.
— Офигеть магическая медицина работает, конечно…
От жесточайшего обморожения не осталось и следа! Всё было как раньше — разве что кожа была чуть розовее — похоже, новая срегенерировала…
Правда, сев на кровати, я тут же вспомнил, что это было оплачено страховкой ОКР-13 (точнее, страховкой корпорации «Техномалия», на которую я и работал, по факту). «Несчастный случай на производстве» — и такой штукой злоупотреблять было нельзя. Это сейчас обошлось без долгой бюрократии и разбирательств, потому что Ира поспособствовала, но она же и предупредила, что если подобное повторится, то я увязну в бумажной волоките. И если крючкотворам корпов не понравится хоть какая-то малость — на меня повесят долг, который я со своей мизерной зарплатой (двадцать пять тысяч, кстати) буду закрывать следующую пару лет.
А в том, что подобное повторится, я нисколько не сомневался — такая уж специфика таланта, ничего не поделаешь…