«Махатма Ганди» восемнадцатые сутки шел сквозь гиперпространство, и Маартен Троост играл с Аленом Мимуном в четырехмерные шахматы.
Эта игра мало похожа на изобретение древних индийских мудрецов. У доски три измерения, а допреальность продлевает ее еще и в гиперпространство, образуя тессеракт. Вместо шестидесяти четырех клеточек – четыре тысячи девяносто шесть с условным продолжением в бесконечность. Вместо тридцати двух фигур – двести пятьдесят шесть. Вместо классических пешек, слонов и ладей – гиперконь, кроточервь, теневик, хронолог, квантовый ферзь, темный кардинал и еще тридцать в том же духе.
Троост не мог назвать себя сильным игроком. Он толком не знал правил, он потерял уже треть фигур и подозревал, что все еще не проиграл только потому, что этнограф играет ненамного лучше.
- Вам гипермат, Троост, - раздался голос Мимуна.
Троост с облегчением откинулся в кресле. На партию он согласился только из вежливости, да еще из желания скоротать время. До выхода из гиперпространства остались считаные часы, и многие на борту не находят себе места.
- Удивительно, что мы не встретились с ними прежде, а? – спросил Мимун, свертывая шахматный набор и гася фигурки. Он думал о том же самом. – Мы же почти соседи.
- Между нами сто десять световых лет, - пожал плечами Троост. – В этих пределах лежат две тысячи звездных систем, из которых мы пока открыли едва половину. Конечно, встреча могла состояться и раньше – но могла и позже.
Зоолог и этнограф сидели в кают-компании. Кроме них тут были Далила Маскерони, Василий Шкуродёр и другие члены первой в истории Единой Солнечной Системы межзвездной делегации. Прежде подобных ни к кому не посылалось, поскольку все ранее обнаруженные ксеносы стоят на слишком низком уровне развития... кроме титанов, конечно, но их представителя человечество пока встретило лишь один раз.
Троосту посчастливилось при этом присутствовать.
- ...Рано или поздно мы бы обязательно столкнулись, - разглагольствовал Мимун, попавший в состав делегации, поскольку именно он руководил тем, первым контактом. – Сто десять световых лет – это не так уж много для гиперперехода. Не тысяча ведь. Но странно, что мы не установили контакт раньше.
- Ничего странного, - закинула ногу на ногу Далила Маскерони, официальная глава делегации. – Как бы мы узнали о них заранее? Ни мы, ни они пока не изобрели средств для межзвездной связи лучше обычного радио. Но к тому времени, когда METI стали посылать в космос сигналы, на Осоре радиосвязь уже считалась устаревшей технологией. А сто десять лет спустя, когда они теоретически могли бы принять наши сообщения, радио там осталось только в музеях. Мы просто разминулись.