— Станислав, ты помнишь, что у нас сегодня день приема близких друзей?

— Да помню-помню.

Запустил программу искусственного интеллекта, предварительно отключив компьютер от сети. Вечером посмотрю, как он сумеет подключиться, и что будет скачивать оттуда. И вообще сумеет или нет.

Малый зал приемов в новосибирской резиденции отличалс убранством и очень красивой резной мебелью ручной работы. В данный момент мы ожидали кого-то из своих, то бишь очень хороших друзей.

— Княжна Безбородко Мария Николаевна, — объявил церемониймейстер.

— О, Машка, — тихо обрадовался я.

Девушка направилась к нам, а когда узнала меня, то совсем не удивилась тому, что я по этикету являлся фаворитом.

— Ваше высочество, очень рада видеть вас в полном здравии.

— Мария, я тоже очень рада видеть вас, — великая княжна сразу перевела разговор в дружеское русло.

— Станислав, ты делаешь успехи, — она сделал намек на улыбку.

А дальше начался светский дружеский разговор, в котором я был полным профаном. Но, как избранник ее высочества, обязан был постоянно находиться рядом с ней.

— Княжич Иннокентий Владимирович Лопухин.

Этого молодого мужчину видел впервые, поэтому сразу попытался настроиться на него. Впрочем, без особого успеха. То ли чист, то ли непонятная демоническая энергия еще больше размыла эманации инферно, но я все равно приготовился к худшему, хотя род Лопухиных был самым ярым оппозиционным семейством и вероятность чего-то нехорошего от них практически нулевая. В данный момент мы сидели в креслах, и я переместился так, чтобы максимально быстро вскочить на ноги.

— Ваше высочество, — он поклонился, — рад видеть вас в добром здравии. Эти покушения сделали вас еще прекрасней. Мария Николаевна, рад встрече. А молодого человека я вижу впервые.

— Станислав Смирнов, — представился я.

На лице мужчины лишь на краткое время мелькнуло удивление, но задавать никаких вопросов он не стал.

— Иннокентий, есть интересные новости?

Меня уже просветили, что, несмотря на то, что Лопухины были в оппозиции, отношения между княжной и княжичем были приятельскими. Сейчас великая княжна одной фразой перевела их в дружеские.

— Я, как только увидел первое ваше выступление, сразу понял, что это вы, чего нельзя сказать о многих других аристократах.

— И много этих других?

— Достаточно, но некоторые сомневаются в силу того, что больше верят вашему… — тут он запнулся, вероятно, хотел сказать «отцу», но сразу продолжил: — императору. Как вы понимаете, это те, кто всегда ищет более сильную сторону. Несмотря на поддержку вас такими родам, как Разумовские, Троекуровы, Безбородко и мы, многие считают, что у императора больше шансов удержать трон, чем у вас его отобрать.