Он не стал дожидаться результата, в его представлении выжить в том аду невозможно. Поэтому оставив все оружие здесь же, он быстрым шагом направился прочь.

Четвертая реальность третьей вероятности, Земля, Российская империя, Новосибирск.

В здании телецентра я ничего не почувствовал, ни одной демонической эманации. Когда княжна вышла в эфир, а я сидел в комнате отдыха, ко мне подошел Петр.

— Станислав, нам бы световую защитную руну.

Достал специальную бумагу и нарисовал ему шестого ранга. Не спрашивал, зачем им, но если просит, значит очень надо. Открылась дверь и в комнату вошли трое. Два телохранителя, а третий… точнее, третья, которая, скинув плащ, оказалась очень похожа на ее высочество. А платье так вообще идентичное. Трансляция обращения не заняла много времени и вскоре Надежда зашла к нам. А спустя минуту незнакомка вышла с охранниками. Княжна же быстро начала снимать с себя одежду.

— Эй, ты чего? — я отвернулся от нее.

— Ты разве не заметил, что женщин в охране не было, одну меня никогда бы не оставили, поэтому согласилась на тебя. Подожди немного, я быстро переоденусь.

Задумку Разумовского я прекрасно понял, не старик, а настоящий параноик-профессионал, хотя руководитель императорской службы безопасности, вероятно, и должен быть таким. Переоделась, в самом деле, очень быстро и мы направились по эвакуационной лестнице к аналогичному выходу.

— Что это? — я резко остановился.

— Очень похоже на взрыв, — тут же ответил Иван.

Мне тоже показалось, что где-то был взрыв. Петр уже созванивался с кем-то, и по его помрачневшему лицу стало понятно, что дела обстоят очень плохо.

— Произошло очередное покушение на княжну, то есть на двойника, причем, получилось в прямом эфире. Двое охранников погибли, пятеро ранено, больше всех пострадали псион и девушка, которая была двойником.

— Стас, спаси ее, пожалуйста, — умоляюще посмотрела на меня девушка.

Петр вопросительно смотрел на меня и после моего кивка бросил только пару слов: «ждите там». Я быстро нарисовал две руны воскрешения, и мы почти бегом направились в другой конец здания. Когда вошли в комнату, из которой сделали лазарет, в нос ударил запах крови, а во рту появился металлический привкус. Девушка и псион лежали рядом, все в крови и только лица им кто-то вымыл. Петр тут же закрыл меня, а я достал свитки и положил каждый на грудь девушке и мужчине. Яркое сияние, точнее, вспышка дала понять, что они сработали. Я еще минуту понаблюдал за ними, не понадобиться ли еще моя помощь, но кризис миновал. Стоило мне только отойти, как к ним подскочил лекарь.