Прикурив, Радим уставился в зеркало. В принципе, неплохо, вот только что кушать? Оставаться работать тут? Не вариант. Его новая служба потребует мобильности и автономности. Каждый раз отпуск у генерального выпрашивать? Не, это плохая идея. Можно, конечно, под контору пойти, будет зарплата и командировочные, но к этому прилагается то, чего он очень хотел избежать, отцы-командиры, приказы, жесткие правила, определенный кодекс поведения. Нет, ему предоставят определенную свободу действий, но погоны и зарплата — это одно, свободный художник на контракте — другое. Да, сейчас он пока что в деньгах не нуждается, этот коп его хорошо поднял, ближайшие полгода о бабле беспокоиться не придется. Можно, конечно, и дальше ездить по брошенным деревням, но такой улов раз на раз не приходится, слишком нестабильный заработок.

Тут в курилку ввалилась почти вся бухгалтерия, и в небольшой комнатке сразу стало тесно.

— Радик, что от тебя костюмы хотели? — поинтересовалась главный бухгалтер.

— Да все тоже, — туша окурок, ответил Вяземский. — Подробности выспрашивали, надеялись, что я еще что-то вспомню.

— Что, два часа? — с изрядной долей сарказма прокомментировала она ответ. — Какие-то они тупые, там твоей истории — две минуты.

Радим развел руками, ну, а что еще тут скажешь? Баба она была склочная, грубая, некрасивая, но она далеко не дура.

— Ладно, Ирина Александровна, с вами здорово болтать, но нужно поработать, у меня еще пару звонков на сегодня, а то костюмы задержали, теперь бы успеть решить вопросы.

— Иди, Радик, иди, — напутствовала главбух, — тебе за это заплату платят.

Остаток дня он провел в бешенном темпе, один решенный вопрос тащил за собой ворох новых проблем. В пять вечера он разгреб свои дела и, подхватив сумку, покинул офис, кивнув на прощание Ксанке, которая, эротично выставив свою длинную ногу, меняла офисные туфельки на уличные.

— Радим, подожди, — крикнула девушка, вскакивая, но двери лифта уже закрылись, не успел придержать.

Правда, теперь из вежливости стоило дождаться ее внизу, если она желает заново завести шарманку о свидании, он сильно разочаруется.

Двери лифта открылись, и оттуда выскочила Оксана.

— Извини, что задержала, но есть кое-что, что ты должен знать. Тут в пятницу журналист крутился, ты как раз уехал, так вот, он ко всем лез с вопросами о тебе. Наш Гнус просто соловьем заливался. Если все говорили нейтрально или хорошо, то он не особо сдерживался.

— Позор пьянице и дебоширу Горбункову С. С., — развеселился Радим.

— Вроде того, — согласилась секретарша. — Так что, будь осторожен.