Радим запомнил лицо. Работа предстояла не сказать, что сложная, но опыта в освобождении заложников у него не имелось, рубка при походе за Алисой Мельниковой не в счет. Да уж, трудный день выдался, а тут еще резерв уполовиненный.

Радим подошел к зеркалу и принялся за поиск зеркал поблизости, не такое это и простое дело, но за пятнадцать минут справился. Всего в лаборатории на трех этажах было двадцать шесть зеркал, пятнадцать из них не подходили, четыре были не пригодны, оставалось семь. Видел он и заложников, и трех террористов, но Редькин в поле зрения не потопал.

Стоящая у него за спиной Бушуева с интересом таращилась в зеркало, что-то записывая, правда, поняв, чем занимаются, лицо ее стало злым.

— Они минируют здание, — прокомментировала она очевидное. — Вот, что было в тех ящиках, что они привезли с собой, тут не меньше полтонны взрывчатки. Кто-то за это ответит.

— Главное, чтобы не ты, — произнес Радим, переодеваясь в черный штурмовой комбинезон, натягивая легкий броник и раскатывая на лицо шапку-маску. Он остановил свой выбор на зеркале в туалете второго этажа, на котром находилось трое из пяти террористов и основная масса заложников. — Как вообще захват произошел, да еще такого объекта?

— Те, кто играют в нападении, начинают первыми, у них преимущество в атаке Охраны тут немного, смена — три человека. Террористы захватили машину, которая сюда воду для кулеров возит. Водителя нашли убитым в нескольких километрах отсюда. Подъехали к КПП, когда боец вышел, чтобы проверить документы, убили его и прикрывающего. Но тут им не повезло, третий боец не растерялся и полоснул очередью по лобовухе. Был убит один из террористов и ранен водитель, причем в последствие он скончался, тела валялись в кузове газели. В общем, тихо не вышло, да и не планировалось, караул погиб, но успел поднять тревогу, и у нас на два противника меньше.

— Ладно, пошел я, — произнес Радим, выписывая на стекле руну пути. — Зеркало за мной закроется, никакой связи не будет, телефоны глушат, рация мне не нужна. Когда все сделаю, вернусь.

— Удачи, — пожелала Ольга. — Но смотри, не облажайся, иначе нас обоих к стенке поставят, меня за инициативу дурную, тебя за провал.

— А кто из местных знает про твою авантюру? — насторожился Вяземский.

— Генерал, — успокоила его Бушуева, — начальник управления, он дал добро. Правда, он не в курсе подробностей, ему просто из Москвы позвонили и приказали не мешать. Так что, выбора у него особого не было. Но если облажаемся, нам обеспечат круглосуточный расстрел без права передышки.