Я тоже оценил её. Вещи неплохо обтягивали её фигуру. Рогатая была весьма хороша телом и наделена огромными грудями поболее чем пятого размера. На шее у неё был целый набор деревянных кулонов на тонких верёвочках.
— Хорошо сложен, настоящий воин. — Изрекла рогатая, глядя на меня. — Но не альв. Слишком мужественен для них, больше похож на наших, только не пахнет козлом и рогов нет. Кто ты?
— Не твоего ума дела. — Перебила её рыжая и встала между нами.
— Волосы светлые, но точно не ас. — Продолжала рогатая, эльфийку она даже не заметила.
— Я человек. — Сказал я.
— Чле… но-век? Членовек?
— Человек. Никогда не слышала?
Рогатая только покачала головой. Не слышала она. Никто здесь не слышал ни про людей, ни про членовеков, никто и никогда.
— Он купец из далёкой страны. Его корабль съел кракен. — Сказал рыжая и на лице рогатой отразилось полное понимание и даже сочувствие.
— Последний раз купцы из далёких стран приплывали ещё при моём дедушке. Скажи о великий, а почему вы не плыли к нам все эти годы?
— У нас был кризис…
— Кри… что?
— Это когда все беднеют и всего не хватает.
— А, так вам торговать было нечем. Понимаю. А что везли в этот раз?
— Много железа.
Тут рогатая сначала задумалась, а потом очень сильно расстроилась. Чуть ли не волосы на себе рвала от расстройства и гнева.
— Железо, а его нам и не хватает! Пшеницу каменным серпом жать это наказание… что такое плуг уже и забыли, сохой пашем. Я бы выковала, да не из чего. Нам бы железа хоть саму малость…
— Ты кузнец? — Поинтересовался я.
— Меня зовут Мона, и я лучший кузнец на этом побережье!
— Не слушай её, лучше моего отца не было никого и никогда. — Вмешалась рыжая.
— Вот именно, девочка, не было. Нет больше твоего отца и все секреты ушли с ним в могилу. Обучать дочь он не хотел… Да и какая разница, ковать нам не из чего. И не предвидится.
— Так вы из-за этого поссорились? — Спросил я.
— Ага, продашь мне её котелок? Котёл нам, конечно, нужен, но уж лучше я из него железо для кос и серпов возьму, да ножей железных пяток сделаю. Оттого жизнь станет куда легче.
— С чего бы ему котелок продавать? Он мой. — Возмутилась рыжая.
— Так он ведь твой муж, сама же сказала. А котелок и избушка твоя пошли как приданое.
Тут рыжая прикусила язык и ничего не стала говорить. Оспаривать факт «замужества» она не собиралась. Так… а я что? Меня тут вообще-то женили без спросу, да на изгое что живёт в хижине в лесу. Нужно что-то сказать, я и сказал.
— По нашим обычаям без разрешения богов не женятся. — Такой аргумент должен их пронять.
— Значит не муж всё-таки? — Прищурилась рогатая. — А всё равно котелок отдай. Я тебе заплачу… сама твоей женой стану.