Автор: Алина Вишневская
Чужая боль
Я стояла у свежей могилы отца и не чувствовала ничего.
Наверное, так бывает, когда боль становится слишком большой.
Она просто перестаёт помещаться внутри.
Люди вокруг говорили какие-то слова.
Подходили.
Обнимали.
Соболезновали.
Я кивала.
Благодарила.
Но почти никого не видела.
Только фотографию на чёрной ленте.
Папа улыбался с неё так же, как улыбался всегда.
Спокойно.
Добро.
Будто сейчас подойдёт ко мне и скажет:
— Ну что ты, Алёнка? Всё будет хорошо.
Но ничего уже не будет хорошо.
Мама сидела на складном стуле рядом и плакала.
Марина держала её за руку.
Я смотрела на них и чувствовала себя совершенно беспомощной.
— Алина.
Кто-то осторожно коснулся моего плеча.
Я обернулась.
— Марина?
— Тебе нужно хотя бы воды выпить.
— Не хочу.
— Ты с утра ничего не ела.
— Не могу.
Подруга тяжело вздохнула.
— Ты сейчас упадёшь.
— Лучше бы упала.
Она нахмурилась.
— Не говори так.
Я отвела взгляд.
В груди снова стало больно.
Очень больно.
Настолько, что захотелось закричать.
Но слёз уже не осталось.
В этот момент возле нас остановился чёрный внедорожник.
Дорогой.
Большой.
Совершенно чужой среди кладбищенской тишины.
Марина посмотрела туда первой.
— Кто это?
Я пожала плечами.
Из машины вышел мужчина.
Высокий.
Широкоплечий.
В тёмном пальто.
На вид около сорока.
Может, чуть больше.
Он медленно направился к нам.
И почему-то все вокруг сразу начали обращать на него внимание.
Будто вместе с ним пришла какая-то особая энергия.
Сила.
Уверенность.
Опасность.
Я нахмурилась.
Лицо показалось знакомым.
Очень знакомым.
Но память отказывалась работать.
Мужчина остановился напротив меня.
Несколько секунд просто смотрел.
Внимательно.
Слишком внимательно.
А потом тихо сказал:
— Алина...
И вдруг я вспомнила.
Арслан Алиев.
Друг моего отца.
Когда-то давно он часто бывал у нас дома.
Потом исчез.
Я не видела его много лет.
— Здравствуйте, — выдавила я.
Он кивнул.
— Мне очень жаль.
Всего три слова.
Но почему-то именно после них внутри что-то надломилось.
Не знаю почему.
Может быть, потому что он говорил искренне.
Без фальши.
Без привычных соболезнований.
Просто как человек, который тоже потерял что-то важное.
Я отвернулась.
Слёзы неожиданно обожгли глаза.
— Спасибо.
Наступила пауза.
Арслан посмотрел на могилу.
Потом тихо произнёс:
— Он был мне как брат.
Я впервые подняла на него взгляд.
И увидела боль.
Настоящую.
Спрятанную очень глубоко.
Но всё же боль.
— Папа много о вас говорил.
— А я о нём.