Откладывать это дело в долгий ящик я не стал и из кофейни сразу двинулся в знакомый участок. И лишь там понял, что так и не выяснил имя того полицейского, который меня допрашивал.
— Мордастый такой, с большим носом. У него еще унтер Матвей на подхвате, — попытался я объяснить дежурному офицеру, кто мне нужен.
Получилось коряво, но дежурному хватило. Он понимающе покивал и ответил:
— Семен Демидович сидит в восьмом кабинете. Вас проводят к нему.
Кликнув ошивающегося неподалеку рядового городового, дежурный приказал ему отвести меня к толстяку и потерял ко мне интерес.
Семен Демидович узнал меня сразу. И стоило двери закрыться за моей спиной, оставив нас одних, тут же кинулся к шкафу, из-за чего я напрягся.
— Я вас ждал, — затараторил толстяк. — Вот, все что смог собрал! — достал он из сейфа, спрятанного в шкафу, пачку купюр и попытался всучить ее мне в руки.
— Это что такое? — неподдельно удивился я.
— Ну как же, — растерялся толстяк. — Вы же сами сказали, что я вам теперь должен. Вы конечно не назвали сумму, но поверьте — здесь не мало! Почти тысяча рублей. Больше у меня нет.
— Откупиться, решил? Э, нет дружок, — вкрадчиво произнёс я. — Ты мне не денег должен, — покачал я головой. — Ты мне теперь служить будешь.
— Но как же… — повторно развел руками с купюрами в них толстяк.
— А вот так.
Я прошел к столу и по-хозяйски уселся в его кресло.
— Мне нужна информация. Это — главное. Будешь расторопным и сможешь дать мне ее в кратчайший срок, я прикрою глаза на твои методы допроса.
— Что за информация? — тут же воспрял духом полицейский.
— Прошел слушок про незаконную добычу золота и её продажу, думается мне, что там не все так просто и дело не в парочке самородков. Два года назад этим делом уже занимался один офицер жандармерии. Но он погиб при неясных обстоятельствах. Говорят, от рук непримиримых, но я не верю. Твоя задача — узнать, что он искал и что смог найти. Но сделай это так, чтобы не привлечь внимания к себе. А то и ты можешь попасть в руки «непримиримых». Понял?
— Д-да. Все сделаю, — закивал полицейский.
— Приду к тебе через два дня, — встал я из кресла. — Надеюсь, ты меня не разочаруешь.
— Как можно-с, — криво улыбнулся он. — Все сделаем-с, в лучшем виде!
Я подошел к нему и забрал примерно пол пачки купюр.
— А это будем считать подарком в знак наших хороших отношений.
Засунув деньги в карман, я покинул толстяка. Все забирать я не стал. Может он и не врал, что выгреб все свои заначки, в чем я сильно сомневаюсь, но показывать свою острую нужду в деньгах такому человеку не стоит. Как и полностью отказываться.