На сегодняшний день это был самый распространенный и влиятельный в этой вселенной культ, при этом, что странно, он был достаточно миролюбивый, поэтому я и попробовала обратиться к нему, но…

Как я уже говорила, деньги кончились гораздо раньше, чем я добралась до Старшего Сына. Или хотя бы до главного храма, в котором он иногда проповедовал. Я смогла добраться только до кардинала Клеменцо, и ради аудиенции с ним мне пришлось положить на алтарь Всемотца кошель с пятидесятью тысячами полновесных золотых. В результате я получила долговременный иммунитет от пищевых ядов, повышение магической устойчивости на двадцать пять процентов, бонус к восстановлению здоровья после падений с высоты, ачивку «Лохушка Года» в красивой золотой рамке и полчаса наедине с кардиналом.

Клеменцо ожидал меня в беседке посреди монастырского сада. Послушники организовали там стол для чаепития, постелили скатерть, выставили сервиз с чашками из тончайшего фарфора и несколько тарелок с пирожными — соблюдения аскезы культ явно не требовал.

Мой провожатый представил меня кардиналу и растворился в ближайших кустах, а Клеменцо налил мне чая. Пожалуй, это была самая дорогая чашечка чая, которую мне когда-либо наливали.

— Мисс Кэррингтон.

— Кардинал.

— Вообще-то, ко мне положено обращаться «Ваше Высокопреосвященство», — улыбнулся он. Клеменцо был больше похож на мясника, чем на священника. Он был высокий, с широченными плечами, а каждый его кулак был размером с мою голову. Он носил красную сутану, которая гармонировала с румянцем на его щеках, и чашечка чая в его пальцах казалась игрушечной. — И целовать кольцо.

— Я не хочу целовать ваше кольцо, — сказала я. — Помимо прочего, это негигиенично.

— Регулярно протираю его антисептиком, — сказал кардинал.

— И все же, я откажусь, Ваше Высокопреосвященство.

— Твое право, до… — он осекся. — Допустим, мы уже протанцевали все положенные по протоколу па, и можем перейти непосредственно к беседе. Признаться честно, меня и самого раздражают все эти церемонии. Могу я взглянуть на проблему?

— Конечно, — я положила правую руку на стол.

Кардинал отставил чашку, вставил в глаз монокль, и, хитро прищурившись, посмотрел на проблему. Тяжело вздохнул, вытащил монокль из глаза, протер его бархатной тряпочкой и убрал куда-то в бесконечные складки своего одеяния.

— Проблема понятна, — сказал он. — Почему ты решила искать чудотворца в стенах именно нашей Церкви?

— Сюда было проще всего добраться, — сказала я.

— Разумный подход, до… рогая мисс Кэррингтон, — сказал он. — Хотя мне и обидно такое слышать. Значит, ты не веришь во Всемотца?