Складывалось ощущение, что высшему демону было… скучно, и он давно ни с кем не разговаривал. Иначе как объяснить его охотный и подробный ответ?

«Побывав в моем мире, установив связь с высшим демоном и уничтожив переполненный хаотичной энергией алтарь, ты получил очень приятный бонус в виде мощного дара. Считай, у тебя открыт постоянный канал связи с варпом, все призывы будут легко даваться, как и остальные вещи».

«То есть я реально стал демонологом? Да уж…»

Не мог определиться, как мне относиться к такой новости. Вроде и хотел себе магический дар помимо плюшки с иммунитетом, но, блин, почему демоны? Их же двести лет не появлялось… о чем я вообще? У меня вон реальное подтверждение имеется. И инквизиторы не выглядят какими-то гиками-отщепенцами, вполне серьезная структура, в отличие от тех же охотников.

Ощутив молчаливый сарказм Барбатоса, я встряхнул головой и задал действительно важный вопрос:

«Я все еще не понял, почему он так обрадовался?»

«Инквизиторошке дадут повышение за обнаружение демонолога такой силы. В отличие от выпускаемых в Твери и прочих провинциальных городах клоунов с мечами, вас ценят. Вы можете пробивать планарную грань, призывать и подчинять нас».

«То есть я смогу управлять тобой? И другими демонами?»

В голове сразу возникла соблазнительная картина меня в окружении краснокожих красавиц с милыми рожками.

«Мечтать не вредно, вредно не мечтать. Не родился еще демонолог, способный подчинить герцога хаоса!»

И на этом наша беседа временно прервалась из-за возвращения Максимилиана. Он с торжествующим видом выложил передо мной стопку бумаг и перо с чернильницей, от которой так и веяло силой.

— Подписывайте! — пододвинул все ко мне с таким видом, будто предлагал вазочку с печеньем.

— Сначала все же ознакомлюсь, — ухмыльнулся я и погрузился в чтение.

Инквизитору выходка не слишком понравилась, но возражать он не стал. И, что удивительно, обмануть тоже не пытался!

Я обязывался «взять под опеку Кираниэль Осину и не допускать, чтобы она причиняла вред верным подданным Российской Империи». Взамен получал дарованное инквизицией право использовать ее по своему усмотрению, любое совершенное против нее преступление рассматривалось как причиненное лично мне. Ну и всякие мелкие несущественные нюансы. Все заверено искрящейся мощью печатью, подписью Максимилиана и какого-то верховного протоирея.

«Ты прав, все в порядке, никакого подвоха в документах. Вот же позорники! Потеряли хватку всего за два века! Позорище! Раньше империи служили волки, а теперь их и псами не назвать, — с непонятным сожалением прокомментировал Барбатос. — В былые времена вас четверых просто сожгли бы на костре. Напридумывали всяких глупостей: гуманность, этика, компьютеры»