— … я вам всё здание опечатаю! Вы у меня до конца года ни копейки не заработаете! Несите договоры на всех арендаторов, штатное расписание с девятнадцатого года и расчётные листы! Всё несите живо!

Маньков деликатно, почти издевательски постучал по косяку и, не дожидаясь ответа, толкнул дверь. Мы с шефом вошли. Андрюша благоразумно остался за порогом.

В директорском кресле, по-хозяйски развалившись, сидел тучный мужчина. Перед проверяющим возвышалась целая гора папок с документами.

— Вы ещё кто такие? — рявкнул инспектор, явно недовольный тем, что его административный триумф так бесцеремонно прервали. — У меня тут выездная проверка! Посторонним немедленно выйти!

— Мы отнюдь не посторонние. Мы законные представители проверяемого лица, — лучезарно улыбнулся Маньков, уверенно проходя вглубь кабинета. — Юридическая компания «РеалLex». А вы, простите, кто будете?

— Главный государственный инспектор труда Серов! — важно надулся мужчина. — Но вы вряд ли поможете своим клиентам. Тут выявлено грубейшее нарушение трудового законодательства. Неоформленные работники! Я прямо сейчас составляю протокол о временном запрете деятельности всей этой шарашки. Опечатаю входы, и будете потом по судам бегать до посинения!

Я спокойно шагнул вперёд. Моё внутреннее Ядро Истины завибрировало, безошибочно фиксируя вопиющий системный сбой в логике этого государственного винтика. Он превышал свои должностные полномочия так же топорно и неуклюже, как и администратор Андрюша в разборках с уборщицей.

— Боюсь, вы несколько переоцениваете свои административные ресурсы, господин инспектор, — произнёс я ровным, лишённым эмоций тоном, каким ранее зачитывал приговоры Верховного Трибунала. — И прямо в эту секунду вы грубо нарушаете Федеральный закон номер двести сорок восемь. О государственном контроле и надзоре.

Серов презрительно фыркнул, намереваясь что-то ответить, но я не позволил ему вставить ни слова, обрушив на него непререкаемую правовую логику.

— Ваша проверка является внеплановой, инициированной по конкретной жалобе гражданки на неоформление трудовых отношений, — продолжил я. — Согласно части первой статьи семьдесят третьей упомянутого закона, предмет внеплановой проверки строго ограничен фактами, изложенными в жалобе. Вы не имеете права запрашивать документы по другим отделам, посторонним арендаторам и уж тем более за период с девятнадцатого года.

Я подошёл вплотную к столу и демонстративно сдвинул стопку папок на самый край, выводя их из зоны досягаемости инспектора.

— Ваше требование предоставить эти документы абсолютно незаконно, а их изъятие неминуемо приведёт к признанию результатов всей вашей проверки недействительными.